Двойственные души

Как не чувствовала ту тоску, что скреблась где-то там внутри.

В тайне я завидовала Бренди. Пускай мы ровесницы, я ощущала себя старой по сравнению с ней. Сегодня она идет на свидание, у нее впереди столько возможностей. А я была тут, с обожженными пальцами и печальными домыслами Равика из «Триумфальной Арки».

И так целый месяц. Если бы не звонки Бренди, я бы, наверное, сошла с ума. Жить в полной изоляции от общества не то, что трудно, скорее невозможно.

Человек рожден для общества. Конечно, Чарльз этого не понимает.

В кухню впорхнула Агнес с растрепанной куклой в руках.

– Солнышко, ты проснулась?

– Здравствуй, тетя Одри, – сказала она, поднеся к моемому носу застывшую с улыбкой на лице резиновую игрушку.

– Привет – привет, – подыгрывала я. – Агнес и.…?

– Эмили.

– И Эмили проголодались?

Девочка состроила недовольную мордашку.

– Не хочу!

– У Эмили заболит животик.

– Она не голодна!

– Что-что? Что ты говоришь? – театрально поднесла я ладонь к уху, к игрушке.

проголодалась!

– Нет! Она не это сказала!

– Мойте руки, а я подогрею омлет.

– Мм…

– Ну что ты надулась? Давай, бегом!

После тяжкого кормления мы собрались на прогулку. Двор замело, вокруг бело.

Северный ветер обдал морозом щеки, я потуже затянула красный шарф.

Такая снежная зима в Англии – большая редкость.

Агнес выдернула свою ладошку из моей руки и помчалась к соседнему саду.

– Далеко не убегай! – крикнула я ей вдогонку.

Но Агнес не услышала. Закружившись в только ей понятном танце, она зашлась громким смехом.

Один из плюсов был тем, что Агнес нравилось здесь.

Я оторвала взгляд от веселящегося ребёнка и посмотрела вперед, где высилась заплесневелая хлипкая хижина. Прогнившие доски почернели от влаги. Кое-где в деревянной стене виднелись трещины. От старости дом перекосило набок, что создавалось впечатление, словно от одного дуновения ветра его снесет к чертям.

На одной из голых ветвей худой березы закаркал чёрный ворон.

Напуганная Агнес вскрикнула и подбежала ко мне:

– Мамочка, мне страшно, – потянула она меня за рукав пальто по направлению дома.

– Это всего лишь птица. Вон, смотри, – указала я на дерево.

– Но она такая огромная!

Вытаращив глаза, Агнес уставилась на ворона. Как вдруг тот слетел с ветки и, быстро махая массивными черными крыльями, двинулся прямо на нас.