Принц из серебра и золота

Глупая идея, потому что золотой свет напомнил мне глаза принца, который бросил на меня последний враждебный взгляд, перед тем как подозвать к себе даму, пригласив ее на танец.

Почему он так ненавидел меня? Что я сделала принцу?

– София, – позвал король и схватил меня за руку, когда почти беззвучно проплыл мимо меня. – Пойдем, дорогая. – И я повиновалась, словно кто-то дергал мое тело за ниточки.

«Она невероятно красива», – подумала я. Краем глаза я увидела, как их руки соприкоснулись. Коричневая кожа и белая перчатка.

Грациозный реверанс и изящный поворот. Намного элегантнее, чем я когда-либо могла сделать.

Я заперла свое сердце, прежде чем тысяча вопросов смогла уничтожить меня.

За занавесом находился длинный проход, освещенный лишь бледным светом свечей. Потайной проход из-за неиспользования каких-либо украшений на стенах почти невидимый по сравнению с остальной частью дворца. Шаги стражников гулко отдавались по отполированном полу, в то время как от короля не исходило ни звука.

Я шла рядом с ним, как загнанный зверь. Напуганная, с горящими щеками, которые выдавали все чувства. Мое колотящееся сердце, казалось, заглушало шаги стражников. Я хотела расплакаться, но последние остатки воли сопротивлялись этому. Стэндлер не плакал. Не тогда, когда это могло открыть правду о его душе.

– Ты восхитительно танцевала, – произнес через некоторое время король. – Я просто размышлял о том, насколько великолепным было бы это зрелище. – Почувствовав его взгляд на моих ногах, я невольно вздрогнула.

 – Не пойми меня неправильно, дорогая. Я с удовольствием подарил бы тебе танец.

– Простите меня, Ваше Величество. Я не знала…

– Откуда тебе было знать, что король калека? – перебил он меня. Он тихо рассмеялся, слегка проводя большим пальцем по тыльной стороне моей ладони. Я испуганно посмотрела на него, пытаясь уловить лукавство в его словах. Никто не заслуживал, чтобы его так называли. Даже самый злейший враг. Так всегда говорил отец.

После того, как Элиа лишился пальца, дети нашего народа стали жестоки по отношению к нему.

Особенно Самс – которого из-за рыжего цвета волос задевал Элиа, – быстро схватывающий выражения старших и при каждом удобном случае нападающий на Элиа.

Внезапно жар ударил в мою голову.

Были ли наказания в Медном городе такие суровые, что наследник престола заклеймил сам себя?

– Перестань смотреть как раненый олень. Я смирился со своей судьбой.

Но не я.