Воровка для палача

«Как же пьянит чувство безнаказанности, когда ты на балу-маскараде и никто не может тебя узнать!» Я уже наслаждалась танцем и своей маленькой победой.

А палач неплохо танцует, у меня получалось гораздо хуже. Но я училась недолго, сказка резко кончилась, а с ней уроки танцев, этикета, манер – и здравствуй, улица, постылые дальние родственники, бедность и выживание. Но ведь в танце ведет мужчина, не так ли? Палач с лихвой компенсировал мое неумение. В его руках я чувствовала себя, словно хрупкая статуэтка, бережно вращаемая мастером.

Дворян обучают владеть мечом и танцам с малых лет. Что же получается, Конрад по прозвищу Черный тоже из благородных? Никогда бы не подумала. С другой стороны, если присмотреться…

Я смело взглянула в лицо первому ужасу королевства. Не буду врать, что душа не ушла в пятки. Ушла, и еще как! Уродливые шрамы не целиком были прикрыты резной маской, сквозь дыры проглядывали иные порезы, до дрожи искусная резьба по плоти. Могу поспорить, в душе у черного палача такие же шрамы.

«Кто же так изуродовал этого Энока?» – задавалась я вопросом.

Вдруг палач повернулся другой стороной.

Я забыла, как дышать, стиснуло грудь, сердце екнуло и пропустило удар. Передо мной был идеальный профиль, самый породистый, какой я только могла видеть за всю свою жизнь. Точно такие же лики изображены на старых монетах, отчеканенных еще в период правления родителей Пия Кровавого, нынешнего короля.

У меня не осталась ни единого сомнения: палач тоже относится к благородным, никаким налетом грязи этого не скрыть.

Как изящно он двигает своим сильным телом, как ловко перехватывает инициативу и плавно ведет в танце. Еще слегка неуверенно, словно он делал это очень давно и забыл как. Он потерял себя настоящего, и не может найти, но вспоминает, что раньше был другим. Как и та я, другая, родом из детства.

Настроение резко изменилось, я расстроилась. Проклятое королевство и проклятые дворяне, любящие только себя, власть и деньги!

Тянуть больше не имело смысла, в полночь снимают маски, я должна все успеть.

В последний раз я с тоской взглянула на прекрасный профиль и приступила к исполнению плана. К вечеру этот лик уже не будет столь безмятежно наслаждаться танцем, брови сдвинутся, губы изогнутся в злой гримасе, но я, надеюсь, уже буду далеко.

Начался новый танец. Все выстроились в два ряда лицом друг к другу.

Кадриль великолепна сменой партнеров.