Вне зоны доступа

«Привет, сосед!» – насмешливо и задорно говорила она, кокетливо подмигивая обалдевшему парню. «Здравствуй, соседка!» – смущенно улыбался тот, чувствуя себя взрослым и крутым. И начиналась болтовня о пустяках: о дождливой погоде, о привычках коричневой Ники, о странностях старых профессоров, преподающих в университете Ильи… Если Илья был дома, Рита обязательно просила его что-то починить или перенести, ссылаясь на свою беспомощность и занятость мужа. Она разгуливала перед ним полуодетая, много смеялась, угощала венским кофе с коньяком и разрешала побренчать на старой гитаре.

Рите нравилось строить из себя прожженную жизнью светскую львицу – она уже забыла о мести и просто наслаждалась придуманной игрой. А Илья смотрел на нее завороженными глазами, напевал хриплым голосом «Рита-Рита, Маргарита, маргаритка!», пытался авторитетно спорить о жизни, но не позволял себе ничего лишнего и уж тем более не умолял ни о каких встречах. Рита не знала, что, как только Илья покидал ее жилище, он запирался в своей комнате, врубал на полную громкость рок, курил одну сигарету за другой и писал стихи.

Мне грустно и больно опять

Все рассветы без милой встречать.

Мне теперь и весна – не весна.

Безутешна небес синева,

И печальная всходит трава,

И деревья хотят ещё спать…

Слова сами собой складывались в строчки, где-то в подсознании рождалась рифма, и с кончика пера на бумагу легко слетали все новые и новые строфы.

Конечно, Илья влюбился не в первый раз. Были в его жизни и одноклассницы-карамельки в обтянутых юбчонках, позволяющие за глоток «Кока-колы» потрогать плоскую грудь, и закомплексованные очкастенькие студентки, выясняющие на свиданиях разницу между «формализмом» и «формализацией», и пестрые клубные бабочки-однодневки с нарисованными кукольными губками – такие же яркие, как и глупые.

Но что они по сравнению с Ритой – мудрой и опытной, прекрасной и величественной королевой Марго!

Однажды, забежав к Илье в очередной раз, Маргарита не застала его дома.

– Я кран скрутила, а муж на работе, – виновато посмотрела она на Татьяну Ивановну.

– Илюша к Сане из третьего парадного выскочил, будет через минуту, – приветливо улыбнулась та. – Вы, Риточка, его в комнате подождите. Может, чаю?

Татьяна Ивановна свято верила в положительное влияние умницы-соседки на своего отпрыска: Рита благоразумно давала почитать Илье хорошую литературу, достала ему редкий учебник по истории и вообще при Татьяне Ивановне вела себя очень достойно.