Жертва – всё что мне нужно

– Почему никто не добился для неё тюрьмы?!

Может Анна бы и смолчала дальше, но парень не смог сдержаться и бросил взгляд в её сторону: их глаза встретились и увидев в них страх наша героиня потеряла контроль.

– Пропустите убийцу собственного ребёнка и мужа! – Крикнула она и стала распихивать покупателей. – Пропустите, тут убийца младенцев! Психованная! Аккуратно! Дайте ей выйти как можно быстрее! – Вторила она.

Очередь двинулась. Кассир как можно быстрее отпустил её. Выходила Анна под громкие голоса осуждения.

От которых и бежала.

Зайдя домой Анна не смогла сдержать слёзы, бросила пакет на пол и упала лицом в подушку. Скулы её начинали болеть, глаза отекли, а весь макияж остался на подушке.

– Единственный раз в месяц вышла на улицу!

Немного прейдя в себя она пошла в ванну. Смотреть на своё тело она уже давно не могла, да и зеркал целых в доме не было, все в паутине из трещин. На ощупь смыла с лица горе, стёрла салфетками остатки румян и тональника, наносить их вслепую было тем ещё испытанием.

Анна пошла ко входу.

Разобрала пакет, налила себе стакан и опрокинув его пошла в детскую комнату. Кроватка стояла на том же месте, они специально оставили малыша в центре комнаты, так можно было со всех сторон окружать его заботой. Вспоминая это она улыбалась, только мысленно перенесясь в прошлое она могла улыбнуться. Молодые родители готовились уже к взрослению, оборудовали мягкий уголок, на котором Финн смог бы учиться ходить, лесенку с качелями, брусьями, турниками и столик, на нём лежали мягкие буквы, с которыми игрался Финн перед своей смертью.

Мама Анны давно хотела прибраться в комнате, но только та делала шаг за порог квартиры, как дочь запирала детскую на ключ, только полицию впустила туда однажды и то, трогать им ничего не дал. Яркие стены бросались в глаза, они с мужем наняли уличного художника, чтобы тот им всё разрисовал: тут и слоны и бегемоты, пингвины и буревестники, Анна была против, но её уверили, что эти миленькие птички будут изображены без кровавых пятен на своих телах, на одной стене красовался алфавит, на другой многообразие цифр, а одну оставили девственной, для будущих работ малыша.

Бросив раскраски в ящичек колыбельной она взглянула на заколоченное досками окно и вышла. Поставила рядом с собой бутылку и прижав колени к груди продолжила запивать горе, в надежде на скорую кончину.

Глава 3

– Не думала, что вечер буду проводить не в одиночестве.