И жизнь продолжалась

Пока в пустынях стынет ле?д,

Пока тоскои? гниют цветы,

Пусть остановит время ход

И позове?т из темноты.

Спросив, зачем, о злобныи? рок,

Мы снова в теле человечьем?

Здесь боль, печаль, болезнь и ночь

Сияет нежно так,

Что я, забыв про все утраты, снова верю

И радуюсь дыханью своему,

Как узник, избежавшии? гильотины.

Скажи же мне, в че?м та причина

Что заставляет нас

Нести сеи? крест

И день любить

Как любит мать

Свое? дитя?

Дослушав его, Чарли хлопает, и хочет уже идти дальше, но ее? интерес побеждает.

Тогда она спрашивает:

– Как тебя зовут?

– Маи?ки, – парень склоняет голову.

– У тебя прекрасные стихи, Маи?ки.

– Кар! – поддерживает Цок-Цок.

Маи?ки снова замирает, не обращая внимания на ворона. Подождав несколько минут и убедившись, что он продолжит так стоять до новои? монетки, Чарли пожимает плечами, и они с Цок-Цоком продолжают свои? путь. За домом двадцать семь следует бывшии? пустырь, ныне поросшии? диким кустарником.

Большинство веток пересохло, а кусты напоминают толпу на рок-концерте – правда, иссохшихся бабуль, которые сложили тощие костлявые пальцы в «козу» и тянутся ими к небу.

– Интересно, что там за привлекательныи? бурьян выступает? Такая толпа собралась! – Чарли делится своими фантазями с Цок-Цоком и тот одобрительно кивает.

– There is no one else who can shine like you, oh my little star, – напевает она, и ворон качает головои? в такт. Они хохочут и идут дальше.

Тишина на кладбище такая, какои? еи? и полагается быть – ме?ртвая. И раньше Чарли приходила сюда слушать исключительно ее?. Но после отличного кофе, сладкого десерта и встречи с Маи?ки настроение у нее? какое-то лирическое, а посему наслаждаться молчанием статуи? совсем не хочется.

Тогда она достае?т из сумочки две пары наушников-ободков (одни обычные, а другие крошечные) и розовыи? плеер. В не?м уже стоит кассета с записаным плеи?листом «mix N», которыи? Чар- ли старательно собирала целыи? месяц.

В не?м собраны «лучшие хиты для сладкои? грусти и соле?нои? радости», настоящие шедевры музыкального искусства (по скромному мнению Чарли, конечно). Ще?лкает кнопка, и их с вороном тут же подхватывает саксофоническое вступление песни Луи Армстронга La vie en rose.

Довольно кивнув, Чарли шагает вдоль буков и развалившихся от времени каменных скульптур. Она проплывает мимо безголовых, безруких, безногих творении?.