Следуя за судьбой

Твой отец внес этот пункт, боялся, что наследников не будет.

– Почему он этого боялся? Колл женат и, скорее всего, если бы он почаще на свою жену внимание обращал, а не по дешевым девкам бегал, Гвен давно бы уже родила.

– Милая, ты что, не знаешь? Колл не может иметь детей.

– Как так, почему?

– Если честно, я не знаю подробностей.

– Ладно, потом узнаем. Сейчас нужно думать, как поступить, – Милли принялась за свой туалет, при этом придумывая план действий.

В главном зале было людно и очень шумно.

За большим столом сидели как минимум пятнадцать мужчин и две женщины. Мужчины что-то бурно обсуждали, и не составляло труда заметить, что они уже изрядно навеселе, хотя было еще утро, а женщины молча ели и делали вид, будто не слышат непристойных разговоров за столом, ну вылитые монашки. Войдя в зал, Эмиллия остановилась и дождалась, пока все присутствующие воззрятся на нее. Выждав недолгую паузу, она сделала элегантный реверанс и, потупив взор, обратилась к Коллу:

– Простите, пожалуйста, за опоздание, я очень долго приводила себя в порядок.

Не могла же я выйти к дорогим гостям в неприглядном виде. Тем более что среди наших гостей мой будущий муж, – еще раз присев, она подняла взгляд и обратилась к лорду Элбриджу. – Не сочтите мою просьбу за наглость, но не разрешите ли Вы мне присесть рядом с Вашим сыном, мне бы очень хотелось с ним поближе познакомиться.

Милли чуть не рассмеялась в голос, глядя на изумленно уставившихся на нее людей, а посмотреть было на что.

Никогда она не тратила столько времени на свой туалет, но все было не зря, так прекрасно она еще не выглядела. Темно-синее облегающее платье выгодно подчеркивало небольшую, но высокую и полную грудь, хрупкие плечи, изящные руки и талию такую тонкую, что, казалось, можно охватить ее руками. Ниже талии ткань переходила в пышную юбку, которая делала бедра Милли еще привлекательнее. Золотой рисунок по подолу, верху лифа и рукавам потрясающе сочетался с желтой нижней юбкой, край который кокетливо выглядывал из-под платья. Голову девушки украшала замысловатая прическа, из которой до самого пояса свисал густой хвост с закрученным концом. Никаких украшений Милли специально не стала надевать, чтобы не портить впечатление невинности и скромности, но при этом выгодно подчеркнула яркий медный цвет волос и зеленые глаза, столь ненавистные окружающим.

Первым из ступора вышел лорд Элбридж.