Следуя за судьбой

Карл же стоял в стороне и пристально смотрел, затем подошел, нагнулся к ее уху и тихо сказал:

– Как поешь, жду тебя возле палатки, поняла? – развернулся и быстро ушел, по дороге позвав с собой Харольда.

Милли стало не по себе, в его глазах появилось, как ей показалось, то ли презрение, то ли страх. Она чуть не расплакалась от того, что теряет друга, ведь она считала, что за последнее время они сблизились, и Милли была очень этому рада – кроме няни, у нее никогда не было добрых друзей.

С трудом проглотив несколько ложек каши и даже не распробовав ее вкус, она встала и побрела в сторону палатки Карла, по пути обратив внимание, что от нее все шарахаются, как от прокаженной.

На душе стало еще хуже, не думала она, что в этом мире, так же, как и в том, верят всяким слухам, а не своим глазам. Ну и пусть боятся, она привыкла идти против всего мира, лишь бы исполнить свой долг, а там будет, что будет.

Расправив плечи и приняв надменный вид, Милли, словно королева, как учила мама, прошла в палатку.

Внутри было сумрачно, и как только глаза немного привыкли, перед ней предстали Карл, Харольд, Амина и Амира, где-то за ними сидела вся в слезах Вилена. Указав ей на стул, Карл подошел к столу и, налив в бокал какой то жидкости, похожей на виски, протянул Милли. Когда она брала в руки бокал, заметила, что ее руки немного трясутся, и, как ей показалось, Карл тоже это заметил, потому что как бы невзначай задержал свою руку на ее, а во взгляде, направленном на Милли, мелькнуло что-то вроде поддержки. Значит, ей показалось, что он презирает ее – на душе стало намного спокойнее, и она даже воспряла духом. Осушив бокал одним глотком, Милли чуть не задохнулась: по всему тело разлилось такое тепло, которое моментально восстановило все ее силы. Карл забрал бокал из ее рук и, присев напротив, заговорил:

– Эмиллия, нам всем необходимо серьезно поговорить. Ты должна честно ответить на наши вопросы, готова?

– Конечно, спрашивайте, что вас интересует, – ей самой была интересна причина этого собрания.

– Можешь нам ответить, что это был за огонь и как давно ты можешь его вызывать?

– Первый раз огонь появился только на предплечье, когда Вилена одела мне браслет мамы, мне было лет четырнадцать. Второй раз в ночь моей встречи с теми существами, затем сегодня ночью, кстати, Харольд это видел, ну и сегодня, все. Но вызывать его я еще не научилась, он сам появляется, когда я испытываю какие-нибудь сильные эмоции, например, страх или злость.