Наследники Мишки Квакина. Том I

Постепенно научился с костылями перемещаться. Потом начал ползать и вставать на одном месте, а однажды сумел сделать шаг и с тех пор ходил. Только шрамы на лице остались на всю жизнь, да колено время от времени напоминает о себе болью.

Казалось бы, ничего особо странного. Только на суде Быря вообще не смог объяснить, как и зачем он там оказался. Не помнил совершенно, ни как машину брал, ни зачем туда поехал. А это сорок минут езды от нашей деревни, тем более без путевки и на трассе, где ГАИшники шастают. Говорил на суде, что лег спать дома, а очухался за рулем, и видел только сильный туман, а встречной машины не видел в тумане совсем, хотя ни отец, ни мать тумана никакого не видели.

А брата из-за его малолетства и потрясения от аварии про туман никто и не спрашивал.

Учитывая «активное сотрудничество со следствием» и «раскаяние в содеянном» водителю дали то ли пять, то ли шесть лет. На зоне с ним какой-то несчастный случай произошел, и он не вернулся в деревню. Там и похоронили где-то его, вдали от родных мест.

Через несколько лет мы с Андрюхой и Аркашей, повзрослев и набравшись смелости, опять забрели в тот таинственный лес, но никаких следов сруба там не было, что опять же странно само по себе. Тем более, когда у старожилов стали расспрашивать, то все отнекивались и советовали не касаться этой темы. Не касаться, так не касаться, тем более тем и других тогда хватало. Урок был воспринят мною в полной мере – если просят не лезть не в свое дело, то лезть туда совершенно не стоит.

Еще одна странная история

Очередная непонятная история из детских лет.

Тогда я еще совсем маленький, можно сказать, был. Еще при матери дело было. Она была человеком жестким, полным предрассудков.

– Будете мой след искать! – постоянно кричала нам.

Оглядываясь сейчас с высоты прожитых лет назад, можно со всей уверенностью честно заявить, что мать была слегка помешана на мистике. Увидев возле нашей калитки незнакомый след, всегда вбивала в него гвоздь. Со временем об эти гвозди можно было, как о решетку, очищать обувь.

Возможно, тут сказывалось влияние отца-лесника, которого односельчане считали колдуном. Во всяком случае, бабушка Дуня и через много лет про это часто вспоминала, что сват у нее был колдуном. Впрочем, с той стороны все родственники были так или иначе с мистикой различной связаны. Например, в тот вечер, когда погибла младшая сестра матери, Лена, мать спала и, проснувшись, увидела ее стоящую рядом с кроватью, залитую кровью.