Наследники Мишки Квакина. Том I

Странный хруст и ощущение чего-то постороннего во рту еще до истошного вопля Пашки подсказали мне, что что-то пошло не так.

– Ты мне палец откусил!!!

Оказывается, я наполовину откусил первую фалангу среднего пальца на левой руке (брат в детстве был левшой). Брат вопил, палец исходил кровью, я подавился откушенным куском бутерброда. Мать, прибежавшая на шум, первым делом врезала мне между лопаток, помогая протолкнуть кусок в пищевод. Потом, уяснив картину произошедшего, отвесила мне пару оплеух за членовредительство.

– Заткнись, урод! – пару оплеух получил и Пашка. – Доигрались, недоумки?

– Теперь будешь, как дурак, без пальца жить! – восстановив тишину и порядок, мать, забрав у Пашки остаток бутерброда и между делом доедая, принялась за лечение. – Что же с тобой теперь делать? Не в больницу же тебя из-за такой мелочи везти? – везти ребенка в больницу в райцентр за двадцать четыре километра она не посчитала нужным.

Тем более что отца дома не было, а найти машину в деревне было делом нелегким. Поэтому, будучи убежденной сторонницей военно-полевой хирургии, решила лечить сына самостоятельно.

– Вот у нас на сенокосе одному мальчику, который не слушался родителей, косой отрезало ноги, но врачи пришили их и мальчик ходил, как ни в чем не бывало, – рассказывая нам, она сноровисто засунула пострадавшую конечность Пашки в морозильную камеру холодильника.

Так в той истории было – отрезанные ноги заморозили. Пока Пашка на практике знакомился с криобиологией, мать рассматривала принесенные с кухни ножи и рассуждала:

– Стоит ли отрезать палец до конца или можно и так пришить? Павел, ты сам как думаешь?

Победила лень и экономия.

Верная заветам своей бабушки: «Если ниточку можно вокруг пальца один раз обернуть, то такую ниточку уже нельзя выбрасывать», мать здраво рассудила:

– Полуоткушенный палец пришить будет экономнее, чем отрезанный. Так ниток меньше надо. Да и держаться будет крепче… Буду шить, как есть, – достав из морозильной камеры надкушенную шуйцу и, внимательно осмотрев, заявила дрожащему Пашке.

 – Сам виноват! А так будет тебе впредь наука.

Принесла набор игл и ниток (кетгута у нас не было).

– Влад, держи его, чтобы не дергался. А то разбрызгает кровь по всей прихожей, а мне потом убирать.

При первом же уколе иглой и до того уже бледный Пашка потерял сознание.

– Э, да тут и вовсе можно без шитья обойтись, – рассудила мать. – Принеси изоленты из своих запасов.

– Каких запасов?

– Из тех, что ты в диване прячешь.