По разные стороны вечности

– Хорошо, очень хорошо, – Константин Львович вскинул ладони и выдал очередную обезоруживающую улыбку. – Я уже подчеркивал: травмирующие воспоминания вам ни к чему, наши сеансы направлены на то, чтобы окончательно избавить вас от груза пережитого. Благо, что все хорошо закончилось. Значит, последнее, что осталось в вашей памяти, это то, как вы вышли из дома отца, и они с супругой проводили вас до машины.

– Да, – коротко ответила она, и перед мысленным взором возникли папа и Оксана. Они стояли, обнявшись, и махали ей.

Папа сказал, чтобы она была внимательнее за рулем, потому что дорога скользкая – только что прошел дождь. Магда заводила двигатель, а отец, видимо, услышал телефонный звонок, потому что полез в карман, вынул сотовый и поднес его к уху.

Магда не помнила, как мчалась на нее вылетевшая со встречной полосы машина с пьяной женщиной за рулем. Никто так и не узнал, что произошло. То ли автоледи не справилась с управлением, то ли попросту заснула. Сама она поведать об этом не могла – погибла.

– Расскажите, что вы чувствуете по отношению к той женщине, – тянул свое психотерапевт, и Магда поняла, что больше не может. Не в состоянии слушать эти глупости, не в состоянии на них отвечать.

– Извините, Константин Львович, мне пора.

Она встала и направилась к двери. Он оторопел, но быстро взял себя в руки:

– Мы же еще не закончили! Магда, дорогая моя, нельзя же вот так…

– Можно, – взявшись за дверную ручку, она обернулась и посмотрела на него.

 – Это бесполезно. Я не приду больше. Всего хорошего.

Максим, которому она вечером рассказала про свой демарш, был огорчен, но не удивлен.

– Все к тому и шло, – вздохнул он. – Я видел, что Константин Львович тебе не нравится. А раз нет доверия… – Он пожал плечами. – Найдем другого.

– Не будем мы никого искать. Мне не нужен мозгоправ.

Максим собрался возразить, но Магда ему не позволила. Муж сидел за столом, ужинал, и она подошла к нему, обняла, прижалась щекой к его щеке.

– Я устала от больниц, врачей, лекарств. Макс, меня обследовали вдоль и поперек, я не больная и не сумасшедшая. Ты прав: просто нужно время. Я справлюсь. Обдумаю все – сама, без помощи дипломированных умников, которые думают, что знают и про меня, и про всех на свете, а на самом деле ни шиша не понимают.

Он отодвинул тарелку, усадил жену к себе на колени. Провел ладонью по стриженым волосам. Ей показалось, Максим доволен тем, что она сказала.