Ангелы плачут в июне

Я не могла понять, поверила она мне или нет, зато четко осознала, что все уговоры бесполезны – решения девушка не изменит. Вот уж воистину, любовь зла.

– Пусть так! Это моя жизнь! Я готова нести ответственность!

– А я – нет.

– Что?

– Извини, но речь идет не только о твоей жизни. Я не закончила ритуал и не собираюсь заканчивать.

Ее глаза презрительно сузились.

– Я поняла, ты просто ни черта не умеешь! – презрительно прошипела Валя. – Вот и тянула время. Ладно, я все равно своего добьюсь, вот увидишь!

Валя схватила со стола фотографию возлюбленного, опрокинув флакон с несостоявшимся приворотным, и стремительно выскочила на лестничную площадку.

Я вышла следом за девушкой. Она сейчас слишком возбуждена, чтобы контролировать свои действия.

– Валя, подожди!

Девушка обернулась и посмотрела на меня с нескрываемой ненавистью, выплюнув:

– Отвали, шарлатанка!

Через секунду с таким же грохотом захлопнулась дверь подъезда.

Я обернулась и узнала рыжеволосого рабочего из семнадцатой квартиры – Глеба. Он был главным из пятерки, поэтому именно с ним мне приходилось ругаться чаще всего.

– Какие неблагодарные клиенты пошли, – насмешливо протянул он. – Только не говори, что это мы виноваты. Шум мешает разводить на бабки?

Я одарила его тяжелым взглядом и сердито буркнула:

– Лучше заткнись.

– А то что?

– Козленочком станешь!

Не собираясь продолжать дискуссию, я поспешила скрыться за дверью.

Необъяснимое чувство тревоги заглушило все остальные эмоции. Оно просочилось в мои сны и не отпускало до самого утра.

Мне снилась незнакомая девочка из бабушкиного санатория. У нее было Валино лицо, и она умерла от приступа удушья…

* * *

Новый день не принес облегчения. Тревожное ощущение из сна плавно перетекло в реальность. Оно нарастало, приобретая новые оттенки.

Примерно то же я почувствовала восемь лет назад, перед тем, как нас почти настигли родственники одной из жертв отца, мечтающие о вендетте.

Звонок бабушке ничего не прояснил. Не считая негодования по поводу того, что до разрешения конфликтной ситуации ее отправили во внеплановый отпуск, у Василисы Аркадьевны все было в порядке.

Девочка из санатория, по ее словам, также пребывала в добром здравии.