Каструм Альбум

– А, кстати, эти двое понравились друг другу. Ева меня потом всю дорогу до дома расспрашивала о мальчишке. Ах, молодость! Что она может знать о желаниях.

– Мне всё равно. Даже если они прямо сейчас наплодят десять маленьких Николасов и Ев. Я не вмешиваюсь. Да, кстати, вот правда, пусть уже сделают что-нибудь, что испортит им репутацию. Мне всё равно.

Кати? непонимающе посмотрела на Хакима и потрогала ему лоб:

– Вроде не горячий. С чего такая тирада? У тебя всё в порядке?

– У меня? Да у меня вообще всегда всё хорошо.

А эти пусть как-нибудь сами. Вот. Всё, я пошел. До скорого!

И Хаким зашагал прочь от Кати?.

– Даже на километр не подойду… И смотреть не буду. Очень надо. Опять навлюбляются – и помирать, а мне потом пятьдесят лет в себя приходить, – бормотал он.

Оглянувшись, не идет ли за ним Кати?, он встретился взглядом с Николасом, следующим прямо за ним. От неожиданности вздрогнул, отвернулся и увидел Еву, которая шла под руку с женщиной в возрасте, как говорят, прекрасно сохранившейся.

Николас и Ева смотрели друг на друга и даже не заметили Хакима.

«Понесли волны щепку», – подумал Хаким, а вслух произнес:

– Добрый вечер! До скорого! – и поспешно удалился восвояси.

В этот раз он решил наполнить душу легкостью и не вмешиваться вообще. «Это не от душевной слабости, а от мудрости прожитого и неизгладимости пережитого», – уговаривал он сам себя.

Хаким по-прежнему жил напротив храма Сан-Николас-де-Бари и держал крошечную полуподвальную таверну.

Войдя в помещение, он глянул в длинное узкое зеркало, висящее при входе, и не увидел отражения. С этим зеркалом всегда было что-то не так. Он получил его вместе с грузом, который достался в качестве оплаты за использование склада. Зеркало было такое старое, что отражение всегда напоминало, скорее, размытое мыльное пятно. Хаким повесил зеркало так, что его можно было увидеть практически из любого угла таверны.

Сегодня скрытая в завороженном предмете магия пробудилась.

Зеркало покрылось мутной рябью, замерцало и выдало абсолютно непотребную картинку. Глядя на этот разврат, Хаким подумал, что если такое местным за вознаграждение показывать, то скоро он и крепость выкупит, и близлежащие земли. Картинка возбуждала, и Хаким во избежание конфуза быстро накинул на зеркало кусок ткани.

– Что, у нас кто-то умер? – услышал он знакомый голос.

– Я еще не решил, – мрачно ответил Хаким и, обернувшись, увидел входящую Кати?.