Танцы с Судьбой. Часть 7. На пределе

– Надо бы отловить нескольких обдурманенных, – предложил Хикс.

– Пошли, может и отловим, – полковник вдохнул полной грудью морозный воздух и снова почувствовал перемену в душе.

Друзья пошли вперед через этот переулок к одной из широких улиц. Все было тихо. Казалось, что все вымерло. Ни одного звука не доносилось из наглухо запертых на все замки домов. Непонятно, чем отапливали помещения. Ведь не было видно ни дыма, ни отблесков огня. Странно и пугающе! Лишь многочисленные звезды провожали десантников по пути их патрулирования.

Неожиданно Салинос произнес:

– А после ее поцелуя я понял, что потеряли мы с Софьей.

Хикс от удивления остановился:

– И что же вы могли потерять?!

– Мы потеряли тот огонь, который сопровождает искренние чувства, – Фернандо прислонился к ограде, держа оружие наготове.

– Не понял?! – Дейв смотрел на друга как на сумасшедшего.

– В Соньке что-то сломалось, – зло ответил Фернандо. – У нее дрожат губы, когда она целует меня. Она не может признаться, что ей противно созерцать мой шрам.

В душе я ей омерзителен.

– Ты совсем еб…?! – Повысил голос Хикс. – Прекрати нести чушь! Она девятнадцать лет грезила воспоминаниями о тебе. И лишь это помогло ей выжить и не сойти с ума. Если бы ты был ей безразличен, она могла спокойно выйти замуж за это время. Поверь, все эти годы с ней рядом был достойный человек. Но Софья многократно отказывала ему, словно надеясь на чудо. Не хочешь ли ты сказать, что тебе приглянулась эта девчонка?! Ей всего шестнадцать. Имей совесть!

– Дейв, ты не хуже меня знаешь, что в жизни случается всякое, – упрямо проговорил Фернандо, глядя куда-то мимо друга.

– Не вздумай плюнуть Софье в душу! – Хикс сильно тряхнул полковника за плечи.

– Я и не думал, – с Салиноса словно какое-то наваждение слетело. – Это так, к слову. Я больше ни разу в жизни ни на кого не променяю Соньку. Мы с ней слишком много пережили. Но я чувствую, что между нами что-то не так. Ее выдают губы и глаза. За это время я научился не смотреться в зеркало, пользуясь для бритья специальным гелем, который позволяет не применять никаких лезвий.

И порой мне удается забыть, что у меня нет того прежнего лица, которое любила Софья. А ее губы все время напоминают об этом. И сейчас, сам понимаешь, нет ни времени, ни возможности для устранения этих чертовых шрамов. В госпитале персоналу явно не до этого.

– Ты – полный дурак, если за столько лет не понял, что Сонька надышаться на тебя не может! – Хикс зло смотрел на полковника.