Танцы с Судьбой. Часть 9. Время президента Риддла

Любовь – единственное чувство, в котором

все истинно и все лживо, скажи о ней любую

нелепость – и она окажется правдой.

    Л. Уоллес.

Любовь всесильна: нет на земле ни горя – выше

кары ее, ни счастья – выше наслажденья служить ей.

В. Шекспир.

ГЛАВА 1

Сигнал вызова ворвался в сознание и прогнал сон. Ну, кому приспичило?! Сегодня же выходной! Софья почувствовала, как рядом заворочался Бэн. Она нехотя открыла глаза и пошарила рукой по прикроватному столику, ища пульт.

Странно, почему-то звонили по домашней линии, а не на коммуникатор.

– Ну что еще такое?! – Пробурчал Риддл, не довольный столь ранним пробуждением.

– Сейчас узнаем, – зевнула Софья и включила экран видеосвязи.

На экране появилось лицо главного архитектора Картаэга.

– Что случилось, Даниель?! – Спросила мэр, потерев глаза. – Я же просила сегодня и завтра не беспокоить меня, если нет ничего экстренного.

– Тут вот в чем дело, – начал архитектор, смутившись, что застал мэра в постели.

 – Прилетела семья с Лабрадора и просит срочно подписать разрешение на строительство дома. У них куча детей. Как-то неудобно заставлять детей ждать.

Софья недовольно причмокнула и вздохнула:

– По-моему, на это пока достаточно твоей подписи и автографа начальника полиции.

– Я говорил им и посылал с документами к Мэту, – пробовал оправдаться Даниель. – Но они настаивают, чтобы разрешение было сразу с твоей подписью.

– Хорошо, пусть ждут.

Через час я буду в мэрии, – ответила Софья и, выключив экран, плюхнулась на подушку.

– Кажется, я скоро введу визовый режим въезда на Каиру, – сказал Риддл, потянувшись и обняв жену.

Софья счастливо улыбнулась в ответ на его поцелуй:

– Дорогой мой!

– Собирайся! Не заставляй гостей ждать! – Бэн погладил любимую по щеке. – Это нехорошо!

– Я не хочу ехать в мэрию! У нас сегодня пятая годовщина совместной жизни, – все еще упрямилась женщина.

– Я помню! И приеду к тебе в мэрию. Мы сначала заберем платье Надин, а потом на всю ночь отправимся к морю, – серые глаза хитро прищурились.

– Я люблю тебя! – Софья встала с постели и пошла в душ.

Риддл лежал, сбросив одеяло, и думал о том, что эти пять лет были сказкой. Он не видел Софью, но слышал, как она вышла из душа и шуршала в гардеробе. И вот женщина вернулась и встала перед Бэном, облокотившись о ножной щиток любовного ложа.