Авролион: Свиток апокалипсиса

Вот только нужно было незаметно выбраться, а это не так-то просто – в этом доме, казалось, скрипели даже постельные принадлежности.

На какое-то время воцарилась тишина – Рэйчил стояла в коридоре, не шевелясь. Наконец старые половицы у неё под ногами жалобно застонали, и девочка поняла, что мама подошла к двери в её комнату.

– Эстер, – тихо позвала она, – ты спишь?

– Сплю.

– Ты сердишься на меня?

– Ещё как.

На самом деле она уже не сердилась – затея с побегом захватила её, вытеснив из души мелочные обиды, но стоит ей ответить, что не сердится, мама сразу что-нибудь заподозрит, ведь Эстер, подобно её отцу, никогда не отличалась отходчивостью.

– Твой папа уехал на поиски.

– Кого? – Как можно равнодушнее отозвалась та.

– Авролионца.

А теперь нужно изобразить удивление.

– Правда? Значит, вы всё-таки решили ему помочь?

– А у нас есть выбор?

– Тогда разбудите меня, если отец его сюда притащит, – притворно зевнула Эстер.

– У тебя точно всё хорошо?

Ну разумеется, подобное поведение ничуть не подозрительно.

– Да, всё отлично, просто не хочу ни с кем разговаривать.

Мама какое-то время стояла молча, и Эстер стало жаль её.

– Ладно, – наконец сказала Рэйчил, – поговорим утром. Спокойной ночи.

Ох уж эти угрозы! Обещание поговорить утром всегда было для Эстер сродни коронной фразе главных злодеев «Мы ещё встретимся!».

И всё же она пожелала маме добрых снов, а сама стала ждать, пока та ляжет спать.

Минуты тянулись мучительно долго.

Интересно, думала Эстер, как узнать, что мама уже уснула? Вот с папой всё было бы значительно проще – во сне он громко храпел. А мама только потихоньку пускала слюни. Вот если бы они начали просачиваться в её комнату сквозь половицы…

И вдруг она навострила уши – за ближайшим мысом раздался такой знакомый ей с детства звук – вой кэлпи.

Медлить больше нельзя!

Подгоняемая героическими порывами, Эстер аккуратно поднялась, стараясь, чтобы не скрипели ни кровать, ни половицы.

Однако рассчитывать на их молчание не приходилось. В ночной тишине казалось, что эти отвратительные стонущие звуки разносятся по всему дому. Девочка очень надеялась на то, что мама уже спит, и спит крепко, поскольку скрип этой чёртовой кровати способен был разбудить даже мёртвого.

Прокравшись на цыпочках к окну, Эстер принялась отпирать щеколду. Слух девочки подвергся очередному испытанию в виде скрежета заржавленного железа в наполненном тишиной доме.