Ангел тысячи лезвий

Они жили среди людей, поэтому и могилу получили почти человеческую. Дальше будет по-другому.

– А зачем нам дальше? – поежилась Света. В своем новом теле она не чувствовала ни холода, ни влажности, так что движение было лишь старой привычкой. – Давайте тут ритуал проведем и вернемся!

Став каменным големом, она казалась естественной частью магического мира. Из-за этого Дана иногда забывала, что они обе раньше ничего не знали о колдовстве и обеим это все в новинку. Из них троих, только Уника чувствовала себя уверенно в Аменти.

– Нельзя это делать тут, – покачала головой ведьма. – То, что мы в Аменти, спрячет нас от наблюдения кланов, это правда. Но для заклинания лучше, если мы будем находиться рядом с захоронением сильного существа, это даст больше силы и нужное покровительство. Да и потом, нам не помешает тихий уголок на случай, если сегодня тут будут проходить похороны.

Похороны нелюдя – это было даже страшнее, чем кладбище. Но пока их окружали тишина и покой, рядом не было ни души, и даже звук их шагов тонул в тумане.

Уника повела их вперед так уверенно, что Света полюбопытствовала:

– Ты что, была здесь раньше?

– Да, когда-то была. Здесь есть участок с могилами ведьм.

– Мы туда идем?

– Нет, мы идем не туда.

Больше она ничего пояснять не стала.

Они миновали холмы и оказались перед равниной, окруженной ими. И вот теперь Дана поняла, что имела в виду ведьма. Сходство с человеческим кладбищем закончилось.

Пространство, не уступавшее, пожалуй, двум футбольным стадионам, было полностью занято серыми статуями.

Дорожка вилась вокруг них, а сами они стояли на траве – совсем как живые, но застывшие навсегда. Одни замерли спокойно, будто бы обреченно, другие остановились в движении, и все были настолько реалистичны, что Света, еще живая, легко могла затеряться среди них, перестав двигаться.

Некоторые статуи ничем не отличались от людей – здесь были мужчины и женщины, чаще пожилые, но попадались и исключения. Хватало и тех, кто выглядел человеком лишь отчасти.

Девушка с изящными изогнутыми рогами, мужчина средних лет с крыльями, как у летучей мыши, старик с хвостом и заостренными ушами. Статуи не касались друг друга, не были связаны, но все вместе они превращали это место в бальный зал под открытым небом, где собрались гости со всего мира – а вернее, со всех миров.

– Какие реалистичные памятники, – тихо заметила Дана.

– А это потому что они не памятники, – спокойно пояснила Уника. – Это и есть трупы.