Безмолвные призраки Хионы

– Смертью они будут недовольны еще больше, понижайте. По электричеству тоже нужна максимальная экономия: приглушите свет везде, где только можно, следите за показаниями датчиков. На любое значительное использование электричества до конца чрезвычайного положения требуется мое письменное разрешение. Ну и новую волну недовольства я предвижу по поводу еды. Груз с овощами доставить так и не успели?

– Нет, – отозвался Мартин. Он, похоже, так и не оправился до конца от болезни, он пока был мало похож на прежнего себя, говорил тихо и как-то монотонно.

Это несколько раздражало Мирари, но ее сейчас все раздражало. – Ситуация все равно не критическая. У нас есть сурнджи.

– Так у нас только сурнджи и есть!

Мартин не смутился:

– Зато их много. Полный резервуар, мы их доставили живыми, они не испортятся. Сурнджи – идеальная еда для нашего положения. Они не требуют энергетических трат. Мы не можем позволить себе баловство.

В этом он, конечно, был прав: для ситуации, когда все ресурсы станции внезапно оказались ограничены, сложно было придумать более подходящую еду, чем сурнджи.

Этих созданий обнаружили еще первые поселенцы, едва попавшие на Хиону. Среди всех существ, встретившихся им на планете, медлительные и неагрессивные сурнджи были одними из самых безобидных. А еще они оказались щедрым источником пригодного для еды мяса, потому что водились повсюду и в избытке.

Вот только мясо это приходилось есть сырым. Сурнджи были хладнокровным порождением Хионы, их сырое мясо хорошо жевалось и на вкус оказалось приятно солоноватым, оно не нуждалось ни в каких дополнениях.

Если же его пытались подогреть и уж тем более сварить, светло-серая плоть расползалась, превращаясь в желе, и обретала непонятный гнилостный привкус. Так что кубики сырой плоти сурнджи быстро стали чуть ли не национальным блюдом.

И все бы ничего, если бы сурнджи не были падальщиками. Они только так и могли выживать – при чудовищной медлительности и умеренной слабости. Мирари смущала уже мысль о том, что ее будущий обед может быть нафарширован подгнившим трупом.

Когда она вспоминала, что среди снегов сурнджи вполне могли добраться до погибших людей, ей становилось дурно.

Так что резервуары с этими созданиями были обустроены на каждой станции, сурнджи хорошо переносили неволю. Но ели их только те, для кого потенциальный каннибализм не был моральной проблемой. Ну или пленники снежной бури, которыми и стали все обитатели станции Нот.