Благословенны ночи Нергала

Рафаль говорил, не обращая внимания на ответы ученых, и голос его заметно дрожал.

– Так же нельзя, нельзя… Они все умерли, люди в мясо превратились…

Ученые умоляли его успокоиться. Кто-то был осторожен, кто-то явно знал Рафаля давно и обращался к нему на «ты». Пользы не было при любом подходе, легионер просто не видел тех, кто пытался помочь ему, не слышал их, да и говорил он не с ними.

– Если все обстоит так, именно так, где же тогда справедливость? В чем смысл… Нет смысла в нас, мы бессмысленны… Зачем это вообще?

Наконец ученым совместными усилиями удалось кое-как его успокоить.

Рафаля куда-то увели, в зал скользнули роботы, зачистившие кровавые отпечатки на полу, мебели и стенах.

Казалось, что это финал, но Альда чувствовала, что у воспоминания есть продолжение, и пока ни о чем не спрашивала, просто смотрела.

В мире Хайда был перерыв, прошло время, события которого он Триану не передавал. Следующее послание снова было связано с Рафалем Стромом – но уже с совсем другим.

Номер 1 был таким же, каким Альда привыкла видеть его на Феронии. Собранным, уверенным в себе, способным улыбаться так очаровательно, что невозможно не улыбнуться в ответ. Таким и должен быть лидер Легиона – человеком, управляющим всем миром.

– Да я в порядке, – заверял он шагавших рядом с ним людей в белом. – Я прошу прощения за свой вчерашний срыв. Такое больше не повторится. Но даже то, что вы видели, было на самом деле не слишком важно для меня.

Все в порядке, я гарантирую!

Вчерашний, значит… Прошли всего сутки, или даже меньше, и какой контраст! Альда не могла телепатически оценить состояние Рафаля через чужое воспоминание, но она видела все симптомы нервного срыва. Ну а на следующий день номер 1 казался безупречным, и, судя по его словам, он добился этого сам.

А раньше Триан говорил, что Рафаль освобожден от телепатических проверок. И все вместе это было очень плохо.

Воспоминание наконец закончилось, и Альда снова вернулась на Нергал.

Контраст между белоснежным сиянием лаборатории и неоновыми переливами был настолько велик, что она невольно пошатнулась, но Триан успел подать ей руку.

– Теперь ты видишь, почему времени осталось мало? – спросил он. – Или ты считаешь, что я беспокоюсь зря?

– Нет, не зря… Если честно, его мгновенное и якобы легкое успокоение беспокоит меня куда больше, чем нервный срыв.