Черная Гончая

Вообще не существует, некуда плыть! Я даже дыхание задержать не успела, я такого не ожидала…

Моим первым порывом было выбраться обратно через кору. Это же очевидно! Как вошла, так и выходи. Но не тут-то было: с этой стороны поверхность дерева-сосуда оказалась издевательски скользкой. Плюс, упала-то я на нее сверху, а теперь пыталась кое-как выскрестись изнутри. Чуда не произошло: у меня не получилось даже зацепиться за нее, даже задержаться. Внутри дерева существовало собственное течение, и оно относило меня в сторону.

Понятно, что само оно появиться не могло. Рядом со мной должно было двигаться нечто очень крупное, чтобы создать такой поток. Но сейчас, вот честно, я не могла даже бояться доисторических рыб. Я думала только о том, что легкие уже горят, я вот-вот задохнусь!

В любой ситуации должен быть выход. Но иногда его просто нет. Я хорошо плаваю – лучше, чем бегаю. Однако теперь даже это не могло меня спасти, я знала, что проиграю, я отчаялась и сделала вдох… Я знала, что это будет конец.

И все же это было хоть какое-то действие, а не просто капитуляция с моей стороны!

Вот тут-то мне и полагалось упокоиться с миром, потому что люди, даже самые упрямые, под водой не дышат. И сначала мне действительно было фигово: я закашлялась, через легкие, и без того горевшие, словно электрическая вспышка прошла. А потом… Потом они заработали. Странно, непривычно, тяжело, но я дышала! Вода была вокруг меня – и вода была во мне. Но она меня не убивала! Она как будто приняла меня, позволив остаться внутри.

Я плыла по дереву, как по реке, только не в сторону, а вверх. Я видела, что внутри у него листвы больше, чем снаружи, и она намного сложнее, и среди этой листвы плавают рыбы, и змеи, и медузы… Но никто из них не нападал на меня, и я больше не боялась их. Чего мне бояться, если я утонула и не утонула одновременно?

Некоторое время я ничего не делала, только оставалась на плаву и смотрела. Верить, что это всего лишь сон, было все сложнее. Я чувствовала каждую каплю воды в моих легких, я могла в любой момент прикоснуться к чешуйчатому боку рыбы, я двигалась – и все это было реально.

Однако я оставалась здесь гостьей. Даже если меня приняли, а не убили (это тот минимум, который я ожидаю от гостеприимства), я все равно не могла остаться здесь. Раз очевидной поверхности не было, я решила искать ее там, где она обычно бывает, когда ныряешь. Над головой.

Я посмотрела наверх и сквозь мутную воду увидела далекий диск Луны.