Доктор, дым и зеркала

Он нырнул в тайник, обустроенный под подушкой в углу кровати, и достал оттуда мой телефон, шарф, который я потеряла еще в первый день практики, а главное, небольшой блокнот в кожаном переплете.

– От людей – больше ничего! – категорично заявил дзасики-вараси.

А больше мне ничего и не было нужно. Возможно, этот мелкий воришка, сам того не желая, оказал мне большую услугу: если Леона действительно убили, его ежедневник должны были искать. Но в комнате его не оказалось, и преступники решили, что брат его просто выкинул.

Они даже не подозревали, что ежедневник все это время был у терзающегося от скуки домашнего монстрика.

Я поспешила уйти, пока дзасики-вараси не передумал, да и не хотелось мне привлекать слишком много внимания к нашему разговору. Я направилась в одну из комнат отдыха, где в это время никого не было, и только там открыла ежедневник. Локи, естественно, присоединился ко мне и уже заглядывал через плечо, но я не обращала на него внимания, я не могла оторваться от страниц, исписанных знакомым почерком.

Ежедневник оказался даже большим сокровищем, чем я ожидала. Здесь было все, что Леон делал в последний год, – он так и не оставил привычку расписывать действия на каждый день. А еще в блокноте были листы, помеченные «Для записи», без дат, где тоже обнаружилось немало интересного. Два списка имен, которые я никогда прежде не слышала, странные значки – шифр, понятный только Леону, ряды цифр. Все это было настолько ненормально, что даже Локи, не знакомый с моим братом, почуял неладное:

– Слушай, он у тебя медиком был или тайным агентом Ее Величества?

– Вот и я уже не знаю…

Это, да еще оружие в его комнате… что же с ним творилось? И почему он не обратился ко мне за помощью – из-за той дурацкой ссоры? Не верю!

Последняя заполненная страница ежедневника подсказала, что не верила я не зря.

Там среди планов на день значилось: «Рассказать все Даре. Если от меня избавятся, кто-то должен будет знать».

И все, а потом дзасики-вараси украл у него ежедневник.

Судя по датам, за пару недель до смерти, но я-то знала, что этот пункт плана Леон не выполнил.

– Гибель моего брата не была самоубийством, – твердо сказала я.

– Теперь уже и я склоняюсь к этой версии. А раз все произошло в замкнутом мире, это должно быть связано с больницей. Но я тут уже несколько лет слоняюсь, для меня нет закрытых дверей, и все равно я не подозреваю, во что он ввязался. Нам бы понять, с чего начать!

И снова помог ежедневник.