Ферония дарует

При таком распределении его могли назначить на любую позицию – и как это изменить? Задание в какой-то колонии тоже оценивается по непонятным критериям, с поединками все было очевиднее и честнее. Возможно, поэтому их и убрали.

Теперь же Триан должен был сместиться на шестой номер. Не критично, но к этому тоже нужно было привыкнуть. Изменить Альда все равно ничего не могла, ей только и оставалось, что ждать вместе с остальными.

– Сейчас я объявлю вам, кому какие номера присвоены и с кем будут работать легионеры, – сказал представитель руководства.

 – После этого вам будет разъяснена суть задания и предоставлена базовая информация о колонии. Сегодня же вы отправитесь туда, мы и так выжидали слишком долго. Теперь предлагаю познакомиться. Начнем с первого номера и двинемся к десятому.

Альда заметила, что Гидденис Планта, идеально владеющий собой, наконец не сдержался, он заметно напрягся, ожидая того самого момента, за который он так дорого заплатил. Еще бы! Долгие годы интриг, предательство, кровь, которую он уже не смоет с себя, даже если ее не видно… Все это указывало, насколько ему нужна роль лидера Легиона.

Это было нечестно, но неизбежно. Альде только и оставалось, что надеяться на глобальную справедливость, которая возьмет свое позже. Сегодня же Гидденису предстояло торжествовать…

– Итак, при всем уважении к памяти Виридианы Тассин, сегодня мы приветствуем нового лидера Легиона. Нашим номером один с этого дня и, надеюсь, на долгие годы становится Рафаль Стром.

Зал, готовившийся к унылым традиционным аплодисментам, поперхнулся тишиной.

Замерли все – и легионеры, ничего подобного не ожидавшие, и солдаты, которые по-прежнему чувствовали себя лишними на этой церемонии. После потрясенного безмолвия первый прозвучавший голос, голос Одхана Роша, показался особенно громким:

– Это еще что за хрен с горы?

* * *

Да уж, неловко получилось. Одхана не впервые подводила привычка сначала говорить, а потом думать. Впрочем, настоящего сожаления он не испытывал, слишком уж велик был шок – постепенно переплетавшийся со злорадством.

Все ведь уже поверили, что первый номер достанется Гидденису Планте. Потому что этот аспид разве что через задницу не вывернулся наизнанку, чтобы добиться повышения! Одхан такие цели и уж тем более такие методы презирал, а потому не собирался восхищаться успехами Планты. При этом номер 4 признавал, что более подходящего кандидата на роль лидера просто нет. Разве что номер 7 озадачился бы – но это вряд ли.