Ледяной ангел

А потом решила: почему бы и нет? Все лучше, чем сидеть и страдать в одиночестве, глядя в окошко! Последовали дни и, что важнее, ночи, в которые они жили как самые обычные муж и жена.

Новый опыт принес два открытия, хорошее и не очень. Хорошим открытием стало то, что у ее супруга под балахонами и комбинезонами скрывалось красивое тело, сильное и гибкое. Когда он успевал в спортзал ходить – Вика понятия не имела. Да и любовником Сальери оказался весьма талантливым – или опытным, или все вместе.

К сожалению, все это было омрачено даже не ложкой, а литром дегтя.

Сблизившись с Сальери, Вика вдруг четко поняла, что умудрилась – впервые в жизни! – влюбиться. В Марка. Не хватало его глаз, его улыбки, его спокойной речи и умения быть решительным. Дошло до того, что она пару раз видела его во сне и назвала Сальери его именем в самый ответственный момент их личной жизни.

На том «игра в семью» и закончилась. Вика почувствовала, что ей от этого только хуже, и отступила. Сальери же отступать отказывался, что и подтверждалось такими вот проникновениями в ее спальню с утра пораньше.

Партизан на фашистском продскладе, честное слово!

– Отстань, а? – надулась Вика. – Заведи себе любовницу, я же не возражаю.

– Я не хочу любовницу! – категорично объявил Сальери. – Я хочу тебя!

– Перехочешь.

– Не получается пока!

– Тогда хомячка заведи.

– Зачем мне хомячок? – опешил мужчина. – Хомячок для этих целей не подходит.

– Хомячок даст тебе объект заботы и воспитает в тебе чувство ответственности.

Сандро, мы это проходили неоднократно, ты уймешься наконец или нет?!

– Разве тебе было плохо со мной?

– Нет. Но дело не в тебе.

– Когда мужчине говорят, что при сексе с ним дело не в нем, мужчина может плакать от стыда, не поступаясь мужественностью, – скорбно объявил итальянец.

– Ага, трехлитровыми слезами. Можешь на кухне поплакать, там салфетки есть.

– Викита…

– Сальери, шлепай отсюда и дай мне одеться!

Он чутко уловил угрозу в ее голосе и больше не настаивал.

Сальери направился к выходу, но возле дверей задержался:

– Жаль, что я тому немцу шею не свернул, пока была возможность. Эх, знал бы… Но если он тебе так дорог, вернула бы, и все. Он же хотел вернуться…

– Иди отсюда!

Для убедительности Вика даже швырнула в супруга подушкой. Она не попала, но Сальери все равно отступил. Гад, все утро испортил!

Марк и правда пытался все исправить. И это было хуже всего – тяжелее всего.