Маска, я тебя не знаю!

Маленькие, и без того покрытые ранами кулачки изо всех сил забарабанили по жестяной двери. Такое им не разрешалось: никакого шума! За шум могут прийти и наказать – себе же дороже! Но сегодня любое наказание меркло в сравнении с тем, что и так словно бы подкрадывалось к подвалу снаружи.

– Помогите! Кто-нибудь! Ей очень плохо! Пожалуйста!..

Нет ответа. И не было никогда, ни на одну из их просьб. Это вначале они, наивные, еще плакали и умоляли о чем-то. А теперь до подвала долетали звуки музыки, доказывавшие, что наверху продолжается праздник.

Там – хорошо!

Потому что там – хозяева жизни, а здесь – их игрушки. Нет смысла ожидать от них жалости. Нужно надеяться только на себя. Если надо – умирать молча. Они есть друг у друга, и только вдвоем они могут противостоять внешнему миру и тому, что с ними делают.

Взгляд Саши вновь вернулся к сестре.

«Это несправедливо, – мелькнуло в его голове. – Как же я вас ненавижу! Лучше убейте меня сейчас… Потому что, если мы вырастем, вам не поздоровится! Хотя, нет… Нет времени мстить, нет сил, мне бы только увести ее отсюда.

Кто-то должен быть сильнее. Буду – я. Станем жить нормально, как раньше! Только бы выбраться!»

– Помогите! – это была последняя попытка. Просто как дань традиции, что ли…

Тонкие пальцы скользнули по двери, оставляя на ней алый след. Их тут много, таких следов… Каждый – как памятник очередной надежде на спасение…

Пришлось ему идти в угол, к ненавистному матрасу. Уж лучше тут, чем на холодном полу! Быть рядом с ней, до спасительного рассвета, иного способа облегчить боль нет.

Но первое прикосновение к сестре показало, что, как раньше, уже не будет. Холод, которого не ощущалось прежде… Ненормальный, неживой холод… И глаза, прикрытые грязными прядями волос, неподвижно застыли. И дыхание угасло на покрытых бурой пленкой губах. И сердце уже не бьется.

– Нет, нет, нет… Не смей! Не оставляй меня! Мы же обещали друг другу, помнишь?! Либо умираем вдвоем, либо вдвоем выживаем, иначе нельзя! Ты не имеешь права! Не бросай меня с ними! Слышишь?!

Нет.

Уже не слышит. Сколько ни тормоши, сколько ни обнимай ее, – бесполезно. Свое тепло в коченеющее тело не передашь!

Игра окончена.

Сестра умерла.

Глава 1

– Может, ну его, этот круиз? Останемся лучше здесь!

Для любой нормальной девушки подобная фраза приравнялась бы к святотатству. Это сродни предложению устроить ферму по разведению моли в норковой шубе или использованию бриллиантовых серег вместо мормышки на рыбалке.