Маска, я тебя не знаю!

Но все пошло не так, как он планировал, а создавать новую стратегию поздно, времени нет. Придется импровизировать.

– Меня не надо спасать, – девушка скрестила руки на груди. – Что за нелепая идея?! Послушай, мне казалось, что мы все обсудили. Мы разошлись, окончательно и бесповоротно! А у тебя, похоже, мания какая-то! Я очень надеюсь, что ты здесь оказался случайно, а не следишь за мной, потому что это просто ненормально!

И это – его Аллочка?! Быть не может!

– Алла, брось притворяться! Со мной в этом нет нужды, я тебя слишком хорошо знаю! Ты не можешь быть счастлива с ним, не тот он человек! Ты ведь не любишь его!

– Прекрати! – она повысила голос, но не до крика.

Раньше у нее не было таких командных интонаций… – Этот, как ты выразился, «не тот человек» – мой муж, причем уже не первый год! У нас есть дочь!

– А, так вот что тебя беспокоит, – Кирилл почувствовал некоторое облегчение. – Не бойся! Ребенок не будет проблемой, я готов принять тебя вместе с ней!

– Ты… готов принять меня?!.

Удивление в голосе Аллы было очевидным.

Да это и понятно, ведь чужой ребенок для многих становится обузой. Может, потому она так долго и не уходила от Гревцова: боялась стать матерью-одиночкой? Тогда ее поведение вполне логично, материнский инстинкт – это святое для каждой женщины. Но Кирилл знал, на что идет. Не важно, что малышка – дочь Гревцова: ребенок родителей не выбирает. Он был уверен, что научится любить ее. А благодарность ее мамы станет лучшей наградой за все его усилия.

Вот только благодарить его Алла вовсе не спешила.

Вместо этого она расхохоталась:

– «Принять меня!» Обалдеть! Ты что, так ничего и не понял?! Я счастлива! Я очень рада, что ушла от тебя и осталась с ним! Он подарил мне ту жизнь, о которой я всегда мечтала! Я люблю своего ребенка и хочу, чтобы у моей девочки было все самое лучшее! Как ты мог подумать, что я сломаю ее судьбу, заберу у родного отца и потащу к тебе?! А даже если бы ее не было, почему я должна вернуться к тебе?

– Но ведь мы любили друг друга… – прошептал Кирилл.

Он был в полной растерянности.

– Вот ты уже вроде большой мальчик, а ведешь себя как школьница. «Любили», «не любили» – все это слишком условно! Тебе было хорошо со мной. Тебя устраивала моя внешность, то, как я следила за домом…

– Не только!

– Только это, – жестко произнесла Алла. – Не надо твердить, что ты просто обожал меня как личность – не поверю! Ты никогда толком не разговаривал со мной. Комплименты – да, это круто, это замечательно.