Между мирами

Пока у них ничего не получалось, однако защитные заклинания, установленные ими, доставляли ему немало проблем. Теперь при неудачном ударе он мог получить заряд электричества, почти как от полицейского шокера, а этого ему не хотелось. Он с тоской думал о том, что мог бы сделать с ними раньше, еще до этой авиакатастрофы… Хотя зачем вспоминать это? Энергия все равно не вернется, она скоро исчезнет окончательно. Голова уже пульсировала тупой болью, он чувствовал, что поджившая рана на затылке открылась и по шее заскользили первые ручейки крови.

Но к его поражению привело даже не это, а крик со стороны корабля:

– Достаточно! Ты ведь это хочешь сохранить, не так ли?

Обернувшись туда, Найт обнаружил, что один из магов все же добрался до палубы – скорее всего, перелетел, заклинание-то простейшее! Теперь он стоял рядом с Катей, сжимая тонкую шею девушки.

Его лицо было расцарапано до крови – она сопротивлялась, и уже за это Найт гордился ею. Но теперь она едва могла дышать и испуганно прижимала руки к сомкнувшимся на ее горле пальцам.

Найту стоило догадаться, что так будет. Чудес не бывает, если он сам их не творит, а на этот раз он не мог. Ему только и оставалось, что материализоваться на корабле. Остаток его сил ушел на то, чтобы появиться между магом и Катей и отшвырнуть нападавшего обратно на катер.

Но на этом – все, Найт знал, что не сможет продолжать сражение. Он тяжело дышал и едва удерживался на ногах, а кровотечение из раны лишь усилилось.

– Ты жалок, милорд, – презрительно заявил все тот же маг, уже успевший выбраться из воды. – Думаю, уничтожив тебя, мы окажем Великим Кланам большую услугу.

Стая дворняг, завалившая льва, – Найт, сам того не желая, обеспечил им главное достижение их жизни! Его переполняла бессильная злость, от которой сейчас не было никакого толку. Они с Катей не должны умереть здесь, так бездарно, после того, что они уже пережили!

– Ты чувствуешь это? – вдруг спросила Катя.

– Что именно?

– Корабль… он дрожит!

Волны вокруг них действительно усиливались, заставляя дергаться и корабль, и белый катер. Поначалу Найт не придал этому значения и лишь теперь сообразил, что ветра нет. Океан волновался сам по себе, и причина могла быть только одна: подводное течение. А оно появлялось, только если что-то очень большое приближалось к ним с глубины.