Платонова пещера

Ужас, пронзительный, инстинктивный, колол ее кожу сотнями игл, сознание, уже отошедшее от шока, безжалостно рисовало ее будущее – то будущее, что ждало ее в лесной хижине.

– Но ты знаешь, что мы не должны останавливаться? – хмыкнула худая женщина, нависавшая, как коршун, над тремя большими клетчатыми сумками. – Замечательно! Андрюша, ты кого подобрал? Мы преступницу на борт взяли!

– Помолчи! – прикрикнул на нее водитель. На своих пассажиров он сейчас не смотрел, его взгляд метался от дороги к зеркалу заднего вида и обратно.

– Так кто вы такая? – спросил мужчина в костюме.

– Никто! То есть, я… Я Агата, работаю графическим дизайнером, не преступница и миллионов у меня нет! Я для вас не опасна!

– Но они, похоже, опасны, – мужчина в костюме кивнул на дорогу. – Кто это?

– Тоже не знаю! Послушайте… Я меньше часа назад проснулась черт знает где, голая, на операционном столе! Меня уже расчертили на убой и, похоже, хотели разобрать на органы! Я не думаю, что им вообще важно, кто я такая, меня не ради этого выбрали!

– Что за бред? – возмутился тучный молодой человек, сидевший в центре левого ряда.

Голос у него был высокий, почти женский. – Такого просто не может быть!

В чем-то он был прав. Если бы Агате такое рассказали недавно… да еще вчера, когда она сидела в своем офисе, она бы лишь посмеялась. Может, в Москве такие истории и возможны.

Но кто станет увозить ее в эту глушь, зачем? Почему именно ее?

Легко быть скептиком, когда это не касается тебя. Но вот она здесь, замотанная бинтами, расчерченная маркерными линиями для вскрытия заживо, и сомневаться, реальность это, розыгрыш или страшный сон, уже не приходится.

– Они убьют меня… – только и смогла произнести Агата.

– То есть, они настолько опасны?! – взвился на ноги молодой человек. – Нет, прекратите эту гонку сейчас же, надо остановиться и во всем разобраться!

– Не останавливайтесь! – взмолилась Агата.

Она ничего не знала о своих похитителях, но чувствовала: вести мирные переговоры они не будут.

– Почему нет? – допытывался тучный юноша. Его лицо покраснело до свекольного оттенка от жары и волнения, взгляд метался из стороны в сторону. Он готов был смотреть куда угодно, только не на Агату, а значит, он принял решение.