Час перед рассветом

Я находилась в крошечной комнате без окон и дверей, и единственным источником света была лампадка на столе. Пребывание здесь не причиняло мне никаких неудобств, чего нельзя было сказать об эльфах, притулившихся на полу. Молодой эльф скрючился и царапал ногтями земляной пол, его лицо было искажено мукой. Эльфийка сидела, привалившись спиной к стене, она жадно хватала ртом воздух. Красивое аристократическое лицо сейчас покраснело, его свела судорога. Для меня – шестилетней девочки – эта картина была настолько жуткой, противоестественной, что я оцепенела от ужаса и могла только молча наблюдать за мучениями эльфов.

Они продлились еще долго. Пламя лампадки дрожало все сильнее и сильнее от нехватки кислорода. Хрипы эльфов звучали все слабее и слабее, сами они постепенно совсем перестали двигаться. Наконец, когда задохнувшиеся окончательно затихли, я проснулась.

Я была вся покрыта ледяным потом. Некоторое время, сидя в кровати, я глубоко дышала ртом, пока не убедилась, что никто не запирал меня в подземной тюрьме, я не задыхаюсь, а нахожусь во дворце.

Мои руки тряслись, а зубы громко клацали друг о друга. Заснуть снова той ночью мне так и не удалось.

Сон был настолько реалистичный и настолько жуткий, что весь следующий день прошел для меня как в тумане. Рассеянно отвечала на вопросы и никак не реагировала на слова мачехи. Я восприняла увиденное как некое предупреждение и никому ни о чем не рассказала. Мой язык словно присох к небу. Каким-то образом я поняла, что стоит молчать как о сне, так и о красных глазах.

С того дня я начала заботиться о сохранении своей тайны и точно знала, что никто не должен о ней узнать. Я не могла объяснить – почему. Просто знала. Со временем я услышала о таком виде смертной казни как погребение заживо. Мне стало известно, что люди в таких случаях погибают не от голода и жажды, а гораздо раньше от нехватки воздуха. Тогда я впервые поняла, чему именно я стала свидетелем, и ужас, охватывающий меня, стал еще явственнее.

Взрослея, я научилась пользоваться этими снами. Не зная природы этих снов, я относилась к ним как к проявлениям моей интуиции. Периодически они снились мне сами, без предупреждения; периодически мне было нужно что-то узнать, и тогда мое сознание приходило на помощь, и сны являлись как по заказу. Я переносилась в разные места, видела всяких людей, многие события, но почти всегда главными действующими лицами моих снов были эльфы с краснеющими глазами.