Легенда о Зодиаке

Ламинирование бумаги и изготовление наклеек с адресом – небольшое искусство, кто угодно бы сделал, но только при доступе к соответствующим устройствам. Он не заказал бы такое в переходе метро, потому что тогда он показал бы сотруднику типографии письмо. Не факт, что он работает в какой-то типографии, но он мог туда зайти. Дальше. Дальше – самое плохое для нас. То, что он замкнул круг.

– В смысле?

– До этого момента убийство Марианны Доброхотовой считалось первым, Дины Курцевой – вторым, и мы четко видели цепь.

У первой жертвы он взял фрагмент тела и не заявлял о своем преступлении до того, как убил вторую. У второй он взял другой фрагмент, и тогда его будущие действия казались предсказуемыми.

– Как-то связать ее убийство с третьим, – добавил Леон.

– Вот-вот. Но вместо этого он сразу же отдал нам ухо и заявил о пяти убийствах. Едва обозначив некий почерк, он тут же все отменил. Очень нетипичное поведение.

Леон занимался серийными убийствами не так долго, как она, но и он уже успел кое-что усвоить.

Так или иначе, у маньяков вырабатывается почерк. Не для того, чтобы упростить полиции жизнь, они делают то, что для них естественно. Ритуалы доставляют им удовольствие. Порой они понимают, что это приближает их к поимке, но ничего не могут с собой поделать.

А этот преступник мечется, как курица с отрубленной головой. Убивает по-разному, то заявляет о себе, то молчит, то пишет, то не пишет. И все это – при достаточном уме, чтобы избежать улик. Он одновременно неуловим и непредсказуем, с подобным они еще не сталкивались.

– Может, он соврал про пять убийств? – с надеждой поинтересовался Чеховский.

– Может, и соврал, но мы не угадаем. Нужно проверять.

– Э-э. Как ты собираешься такое проверить?

– Поговорив с ним на его же языке, – пояснила Анна. – Нужно дать в СМИ информацию, что автор этих писем пойман.

– Зачем?

– Потому что иначе третьего письма мы можем ждать целую вечность, и оно будет таким, как хочется убийце, а не нам. Думаю, он давно уже все это спланировал.

Чтобы чего-то добиться, мы должны изменить обстоятельства, добавить факторы, которые он не мог предугадать.

– Но я не могу объявить о поимке преступника, которого нет! – возмутился Чеховский.

– А если постараться? Чихуша, ты знаешь, что я не люблю тебя учить. Но буду, если сам не справляешься!

Ее план оказался простым, выполнимым – и даже умещающимся в рамки закона.

Им нужно было загримировать кого-то до неузнаваемости.