В плену Вселенной

Не хочу, чтобы приступ какой-нибудь случился. Тебя ощутимо взрывом накрыло.

– Точно, сдохну от чьей-нибудь гранаты, – вздохнул механик.

Софья хотела что-то сказать, но из коридора раздался визг Александрины и голос Санчо:

– Мелкая крыска, ты зачем настучала на меня отцу?!

– Отстань!

Похоже, брат догнал девочку, поскольку она завизжала еще сильнее. Тут вмешался Пабло:

– Оставь ее! Это я сказал отцу, что ты сбежал с уроков!

Было слышно, как мальчишки сцепились в драке. Что-то разбилось, и в комнату забежала испуганная и заплаканная Александрина.

Софья бросилась разнимать сыновей, а девочка забилась в угол и разревелась еще сильнее.

– Лекс, ты что?! Иди ко мне, – Тэд с трудом сел на постели и с тревогой смотрел на капитанскую дочь, которую никогда не видел такой напуганной и обиженной.

Девочка, шмыгая носом и размазывая по щекам слезы, подошла к кровати:

– Прости меня за беспокойство. Я обычно прячусь в этой комнате от Санчо. Вырасту, научусь драться и отомщу ему.

– Сядь рядом, пожалуйста, – механик кивнул на свободное место.

Александрина забралась на кровать и устроилась рядом с Тэдом. Мерфи вытер ей слезы:

– Расскажи, почему ты прячешься здесь от брата.

Девочка вытерла нос пояском халатика и сделала серьезное лицо:

– Санчо тупой. Сто раз говорила ему, чтобы не трогал цветы в моей комнате. Нет, ему надо общипать что-нибудь.

– А сейчас что случилось?

– Санчо нахватал «неудов», и папа лишил его входа в Федеральную сеть.

А он испортил мне рисунки, – девочка немного успокоилась. – Мне послезавтра надо альбом сдавать, а Санчо мне все испортил. Теперь по новой рисовать придется.

В коридоре Софья ругала одного из сыновей, а второй злорадно хихикал.

– Вырасту, побью Санчо, – решительно заявила девочка и прижалась к Тэду. – А ты зачем подрался?

– Потому что пятеро нехороших дядей хотели забрать чужую машину, – механик обнял дочь друга.

– А они не знают, что нельзя брать чужое без разрешения?! – удивилась Александрина.

– Знаешь, Лексюша, есть такие дяди и тети, которые знают это, но постоянно забывают.

– Они что, на голову больные?! – Карие глаза девочки округлились от удивления.

– Ага. И это не лечится.

– Как это?!

– Вот так. Не изобрели еще такое лекарство.

В комнату вернулась Софья:

– Дочка, отдай ему все, что он испортил. Пусть переделывает, а то на тренировку завтра не пойдет.

– Ничего не дам ему! – Упрямо заявила девочка.