В плену Вселенной

Уже стемнело, когда дед спросил:

– Может останешься с нами? Мы даже и не ожидали, что ты жив.

Гарри немного подумал:

– Вы понимаете, я ничего этого не помню. Мне пока тяжело. Если можно, я уйду с дядей Тэдом. Но обязательно буду навешать вас. Нашему родству есть генетическое доказательство и наше внешнее сходство.

– Я-то всегда думала, в кого ты такой крепенький, – пожилая преподавательница вытерла слезы. – Твоя мать попала к нам маленькой девочкой. При ней были только свидетельство о рождении и отказ родителей.

– Кстати, синьор Салинос, мистер Мерфи, я отдам вам все это, – проговорил ее супруг. – Знаю, что вы раскопаете все до конца.

Он удалился, а Гарри устроился возле Тэда. Эту реальность он воспринимал не только умом, но и чувствами. К тому же, если он будет с «дьяволами», то будет и рядом с Лекс. Странно, но сегодня он ни разу не позвонил папе Гловеру. Лишь отправил Беркуту сообщение, что завис с девушкой.

Вскоре глазам гостей предстало свидетельство о рождении и написанное корявым почерком безграмотное письмо, в котором говорилось, что Саманта и Диего Мерфи отказываются от всех прав в отношении несовершеннолетней дочери Марины 4030 года рождения.

И сообщают о том, что тот, кому не безразлична судьба девочки может беспрепятственно удочерить ее. Письмо было датировано 4036 годом.

В дом Секары они вернулись уже когда на улице светились ксаноксовые фонари. Лекс тут же утащила растерянного Гарри в сад. В обратный путь «Мерседес» отправился ближе к полуночи.

Александрина решила разрядить висевшее в салоне напряжение:

– Пап, дядя Ник звонил. Мальчишки выиграли золотой кубок федеральной студенческой лиги. Через два дня будут в столице.

– Жалко, Джоан с ребятишками уехала, – вздохнул Тэд, оторвавшись от черт знает какого раза перечитываемого письма.

– Когда успела-то?! – Не поняла Софья.

– Я их сегодня в семь утра в космопорт отвез. У Стеши какой-то театральный фестиваль на Лабрадоре. Они же не знали, что мы на неделю раньше вернемся.

Вот и купили билеты.

– Ты, вообще, спал?! – Насторожилась Софья.

– Нет. И твои анальгетики закончились еще ночью.

– Ты с ума сошел?! Аж зеленый весь сидишь, – капитан всматривался в осунувшееся и небритое лицо друга.

– Не переживай! Совсем фигово станет, попрошу остановиться. Салон тебе не загажу, – Тэд закрыл глаза и забился в угол между сиденьем и корпусом машины.

В голове крутилось одно желание: найти родителей и наказать за содеянное.