В плену Вселенной

– Не боюсь! – Лекс легко вскочила в боевую стойку.

– Ну, ладно, – Фернандо раздвинул мебель. – Мы в гостях. Не будем ничего ломать.

Девушка хитро прищурилась, глядя, как отец, не торопясь, разулся и бросил ботинки в угол.

– Как с тобой, с такой тощей, драться?! – Засмеялся Фернандо.

– Я не тощая! – Начала злиться Лекс.

– Ни минуты не можешь посидеть спокойно! Зачем так неразумно расходовать энергию?

– Пап, отвали! – Лекс пошла в наступление.

Фернандо принял игру, а про себя отметил, что из дочери получился отличный боец.

Пусть ему и не нравилось драться с тем, кто находится в более легкой весовой категории, да еще и является его собственным ребенком, но тело требовало хоть какой-нибудь физической нагрузки. Отточенные годами тренировок реакции девушки порой опережали реакции более мощного и тяжелого соперника. Порой капитан специально поддавался дочери, чтобы поднять ей настроение. Ведь с того самого дня, когда выяснилось, что Гарри – племянник Тэда, девушка ходила сама не своя.

Заинтересованная шумом внизу Софья, вышла на лестницу и с интересом наблюдала за поединком.

– Не желаешь вспомнить былые навыки? – Позвал ее капитан.

– Мам, иди сюда! – Подзадоривала Александрина.

– Ладно, – согласилась Софья и спустилась в гостиную.

– Давай папу завалим. – предложила девушка.

– А ты хоть знаешь, что нужно, чтобы завалить этого борова, – засмеялась Софья.

Они вдвоем насели на Фернандо, и тренировка превратилась в веселую семейную возню.

Вскоре дамы свалили капитана на пол и не желали отпускать.

– Сонь, что у нас дочь такая худая? – Фернандо одной рукой обнимал жену, а второй – Лекс. – Худая и длинная. Ну, когда ты мясом обрастешь маленько?

Александрина показала отцу язык:

– Между прочим, я в тебя длинная. А Гарри и такая нравлюсь.

– Смотри, его не перерасти, – засмеялся капитан. – А то каблуки не оденешь.

Софья, устроившись на мужском плече, с любовью и нежностью смотрела на двух дорогих ей людей.

– В сестру твою она тощая.

Вспомни, какая Ческа была, пока не вышла замуж за Хикса и не стала рожать от него. Уж после этого округлилась.

– Девчонки мои любимые! – Капитан по очереди целовал то жену, то дочь.

– Пап, щекотишься! – Завизжала Александрина и побежала на верх. – Пойду, подружкам позвоню.

Фернандо перевернулся и потянулся к губам жены. Софья, смеясь, отстранилась:

– Мы здесь ни одни!

– Здесь да, а катер припаркован в стык с задней дверью.