Русалка в черной перчатке

Вика еще раз посмотрела на фото пропавшей девушки, затем перевела взгляд на Еву:

– Даже не думай одна за ворота выходить! Поняла? А то еще и тебя похитят!

– Не похитят, – спокойно отозвалась та. – А если похитят… им же хуже!

* * *

Потолок в комнате был низкий и, как и стены, деревянный. От этого создавалось впечатление, что находишься в каком-то подвале или землянке, хотя на самом деле помещение располагалось на первом этаже. Небольшие окна, настолько грязные, что свет едва проходил через них, лишь усугубляли картину.

Поскольку помещение было небольшим, мебели в нем умещалось немного: несколько лавок и некое подобие кафедры, сбитое из плохо обработанных досок. Все места сейчас были заняты: в комнате стояли и сидели больше дюжины мужчин. Одеты они были примерно одинаково, вещи отличались лишь степенью чистоты и изношенности.

Атмосфера не только в этой комнатке, но и во всем доме повисла такая, что хотелось немедленно выйти. Причем каждому из присутствующих. Но – нельзя. Потому что если начали вместе, то и дальше должны вместе идти.

Это мнение разделяли все. Не разделять его было бы опасно для жизни.

– Ну что? – хмуро осведомился мужчина, стоящий за кафедрой. – Ответственность на себя брать никто не будет?

– Какая тут может быть ответственность? Так говоришь, как будто ошибка была сделана!

– А что это, по-вашему, если не ошибка?

– Нет, а кто ж знал?

Ругательства в речи были привычной нормой и уже не воспринимались как ругательства. Собравшиеся слышали только чистую фразу, на подсознательном уровне отсеивая мат – и так же подсознательно его добавляя.

Когда они говорили, то старались не смотреть ни на человека за кафедрой, ни друг на друга. Посторонний мог бы принять это за стыд – и был бы не прав. Они не стыдились ни своих слов, ни своих поступков. Просто брать на себя какую-то личную ответственность – это большой риск. Проще говорить, глядя в пол и всем своим видом показывая, что ты всего лишь часть толпы.

– Никто не знал, а в итоге все и вляпались!

– Кто ее привез вообще?

– Какая разница, кто ее привез? Мы ее все сюда допустили! Эта Марфа… или как там ее…

– Маруся.

– Вот, Маруся! Она выглядела такой же, как и все! Кто мог предположить, что эту жирную корову будут так искать?!

Сейчас это было не оправданием, а вполне логичным доводом. Любую женщину, привезенную сюда, осматривали. Все должны были дать добро, чтобы она осталась.