Смерть в черном конвертике

В этом была вся Кристина – человек, тонко балансировавший на грани детской наивности и очаровательной глупости.

Комната ее удачно подходила как раз такому образу. Доминирующий цвет – розовый, и создавалось впечатление, что на прочие цвета Кристина просто испытывала жуткую аллергию. Розовые обои, розовый ковер, сборище розовых пони на розовом шкафу.

– Обалдеть, – присвистнула Агния. – Я в голове у куклы Барби!

На безмятежном розовом фоне резко выделялась черная клякса на столе. При ближайшем рассмотрении клякса оказалась большим конвертом, брошенным, судя по всему, в спешке.

В фильмах ужасов и триллерах часто показывают имеющие отношение к загадке преступления аккуратные вырезки из газет, обычно собранные в красивый альбом. Кристина таким эстетизмом не отличалась, она просто вырывала страницы целиком, вместе с рекламными объявлениями, предложениями познакомиться и фотографиями голых знаменитостей. Из-за этого калейдоскопа лишней информации Агнии не сразу удалось понять, что же общего у всех этих обрывков, пришлось присмотреться повнимательнее.

И она нашла. Общим был один человек – очень известный человек. Андрей Дрим не только являлся продюсером многих звезд шоу-бизнеса, он и сам был персоной достаточно медийной. Сам господин Дрим никаким видом творчества не занимался, зато устраивал громкие скандалы, да еще и с завидной частотой. При этом он не гнушался ничем, успел отсидеть два срока и в настоящее время пребывал еще под одним – условным.

А еще – Андрей Дрим погиб три дня назад.

Агния не знала, что и думать. Все эти обрывки газет – в духе какого-то маньяка, но Кристина же маньяком не была! Речь ведь о Кристинке идет – о девушке с телом Барби и взглядом советского пупса.

Объяснением вполне могло стать содержимое черного конверта, но Агния пока что не решалась открыть его. Только не после того, что она только что прочитала – и не в этом полутемном доме, окруженном стеной дождя.

Поэтому Агния поспешила убрать конверт в рюкзак, предварительно прощупав его содержимое. Внутри, похоже, находился необычно плотный лист бумаги, а еще – что-то объемное, но слишком маленькое и твердое, чтобы оказаться частью человеческого тела.

«Частью человеческого тела! – передразнила саму себя Агния.