Смерть в черном конвертике

 – Позвони мне на неделе, я скажу, когда можно подъехать ко мне в студию, сделаю твой портрет. В подарок.

– Правда?! – Маша радостно захлопала в ладоши. – От спасибо! А то меня никогда еще профессиональный фотограф не снимал! Это ж вау!

– Ага, – кивнула Агния. – Именно, вау.

Нога болела меньше, и девушка уже собралась уходить – ей хотелось поскорее вернуться в город, хотя бы до двенадцати, да и душ на данный момент стал ее заветным желанием номер один. Но тут откуда-то со второго этажа раздался мужской голос:

– Маша, что у тебя там происходит? Ты кого-то привела?

– Оюшки, – всплеснула руками Маша.

 – Хозяин проснулся!

Глава 4

У Агнии не было никакого желания встречаться с человеком, велевшим именовать себя «хозяином». От одного этого требования веяло чем-то средним между позабытым уже крепостным правом и нестандартными сексуальными пристрастиями. Девушка с большим удовольствием вернулась бы под проливной дождь, если бы Маша радостно не выложила хозяину, кто Агния такая и как попала в этот дом.

Как и следовало ожидать, невидимый хозяин, даже не удосужившийся спуститься к ним, тут же воспылал желанием увидеть фотографа. Ситуация усугубилась еще и тем, что Маша вспомнила о неприготовленном ужине и в срочном порядке приступила к делу. Это означало, что общаться с хозяином дома Агнии предстоит в одиночестве.

Маша не видела в этом ничего необычного, она просто проинформировала Агнию:

– Второй этаж, первая дверь направо, хозяин там сейчас, можешь идти.

– А козленка в жертву предварительно принести не надо? – проворчала Агния.

– Э-э… чего?

– Ничего, иду.

Кухня была большой, но сам дом – просто огромным. Замок, не меньше! Агния неуютно чувствовала себя под высокими сводами потолка и на чуть ли не зеркальном полу, на котором она по-прежнему оставляла мокрые следы. От глобального унижения ее спасало только то, что вокруг никого не было.

Это же явилось и главным недостатком всей ситуации. Агнии не нравилось, что ее заставляют подниматься в какую-то комнату, одну, к незнакомому человеку.

Машино простоватое отношение к жизни успокаивало ее, пока прислуга была с Агнией на кухне. Здесь же царила совершенно другая обстановка, и девушка почувствовала себя колорадским жуком, пробравшимся в Букингемский дворец.

Указанная Машей дверь была открыта, а за ней царила темнота. Не кромешная темнота, конечно – видно, что какой-то источник света в помещении есть, но совсем тусклый – как детский ночник.

Это было уже слишком.