Шелуха сырых яиц

За долгой болезнью матери последовал уход, унёсший практически все накопления и силы…

Рейдерский захват фирмы, где она работала, совпал с мучительным личным расставанием. В тот год она поняла, что счастье её находится вне этой инь-янской возни и детей – она не желала подобных мытарств земных ещё одному человеку. Купила самый крутой вибратор, продала квартиру, доставшуюся в наследство от бабули, и уехала жить в Испанию.

Первое время Мэри весёлым туристом бегала по городу, изучала язык и смотрела на море, не переставая удивляться тому, что оно никуда не девается – встал утром и вот оно, море, недосягаемая мечта её детства.

В дни школьных каникул сверстники Мэри отправлялись кто на юга, кто на дачу к бабушке, а Мэри оставалась одна в опустевшем пыльном дворе. Лето за летом она терпеливо высаживала в траву у многоэтажки проросшие жёлуди – будущую тихую дубраву. Пара ростков прижилась и умудрилась вырасти, радуя Мэри, но застилая свет жильцам на нижних этажах. В тот день, когда она уезжала в аэропорт, дубы спилили. Они упали рядом на газон. Садясь в такси, Мэри подумала: «Так выглядит настоящий апокалипсис. Ты убегаешь куда-то из настоящего в смутное будущее, а мир за тобой доедают лангольеры. Деревья падают, а дома разваливаются карточными домиками».

Теперь она знала, что апокалипсис выглядит вовсе не так: не разрушение цивилизации, но полное её исчезновение.

* * *

Из раздумий вывел громкий крик Миши. Споткнувшись о корень, он распластался на земле.

Мэри бросилась к нему:

– Миша, Миша, как ты?!

Он поднял залитое кровью лицо, обвёл всех подслеповатым взглядом.

– Ребята, Миша очки потерял, поищите вокруг. И не топчитесь, а то раздавите, – Мэри сказала это командным голосом и сразу принялась умывать мальчика водой, которую ей услужливо протянула Лиза.

– Я ногу повредил, – печально прошепелявил Миша, – и язык прокусил.

– Ничего, ничего, бывает, – ответила Мэри, рассматривая его опухающую лодыжку.

– Вот дура, отдала последнюю воду, сама что пить будешь? – подала голос Катя, которая до этого делала вид, что происходящее её не касается.

– Воду мы ещё найдём. Ему больно! – возразила Лиза.

– Если бы он не жрал всё подряд и не запивал колой, то и не шлёпнулся бы так, – меланхолично произнесла Катя, разглядывая розовый с блёстками френч на ногтях.

– Кать, ну ты и… – сказала Лиза и, ожидая поддержки, посмотрела на Мэри.