Существо

Но почему тогда это происходит? И почему остальные не замечают эту дрянь?

Он уже не мог просто танцевать. Он замедлился, а потом и вовсе остановился, оглядываясь по сторонам. Он пытался найти в толпе знакомое лицо, изуродованную морду рептилии, но напрасно. Зал по-прежнему заполняли яркие маски с застывшими, будто издевающимися над ним ухмылками. Кто вообще это придумал?!

Перемена в его настроении не укрылась от Дианы, она тоже остановилась.

– Ты чего? – удивленно спросила она.

– Ты… ты не видишь их?

– Кого?

– Волосы!

Они не исчезали.

Даже когда он остановился и заговорил с Дианой, они остались рядом! Но они постоянно двигались, ускользали, их невозможно было схватить.

Его спутница по-прежнему ничего не замечала. Она, как это бывало и раньше, легко поддалась раздражению.

– Ник, ты прикалываешься так? Какие, на хрен, волосы? Здесь повсюду волосы и перья, это же карнавал!

– Я не об этом… Такие… черные… Ты их видишь?

Диана растерянно огляделась по сторонам и разозлилась еще больше.

– Это прикол? Или ты что-то курнуть успел? Сними маску!

Никита растерянно стянул маску, он даже не думал о ней. Все его внимание было поглощено черными нитями, дымкой вившимися над полом. А пока он следил за ними, Диана внимательно всматривалась в его глаза.

– Зрачки, вроде, не расширены, – нахмурилась она. – Значит, ты не под кайфом, а просто издеваешься надо мной!

– Нет…

– Кому другому это расскажи! Слушай, если не хотел приходить – торчал бы дома со своей родней.

Зачем мне кайф ломать?

– Да я и не собирался!

– Вот и хорошо, потому что я тебе не позволю! Я буду развлекаться!

Она отпустила его руку, но далеко не ушла. Она отступила на шаг и снова танцевала – уже не с ним, а перед ним. Скорее всего, для него. Диана извивалась гибко и умело, словно желая подчеркнуть, что он потерял.

В другое время Никита был бы впечатлен. Но сейчас ему было совсем не до того, он уже не успевал отслеживать все резкие движения, все рывки черной паутины.

Он старался не бояться, повторял себе, что ему просто чудится. Как же иначе, если никто больше этого не видит?

Но самообман работал недолго, ровно до тех пор, пока одна из прядей не рванулась к нему. Она петлей захлестнулась вокруг его шеи, доказывая, что это вовсе не иллюзия. Ее хватка была настоящей! Как и боль, и недостаток воздуха…

Она не перекрыла кислород полностью, но теперь это казалось не милостью, а издевательством.