Территория Левиафана

Зато я уверен вот в чем… Следующее задание «Северной короны» будет такого же типа, нас отошлют в самую глубокую дыру, какую только найдут. Капитан Лукия, естественно, удивится этому, но ей намекнут, что это наказание за нашу предыдущую миссию, которая, как ты знаешь, не очень понравилась космическому флоту.

Тут он был прав: если Легион действительно рассылал в разные стороны своих сильнейших воинов, обойти стороной номер семь они не могли. Но Альде все это катастрофически не нравилось. Миссия «Исход» в чистом виде не была простой, а тут еще и какие-то кулуарные интриги добавились!

– Ты расскажешь капитану? – уточнила она.

– Уже очевидно, что нет, я ж не зря попросил тебя молчать.

– Но почему?

– Потому что такие знания не принесут ни ей, ни команде какой-либо пользы. Они лишь навредят неврастеникам вроде Ноэль Толедо. В принципе, заявление о том, что дальняя миссия – наказание за нашу самодеятельность, достаточно правдоподобно. Пусть все так и остается.

Альда неохотно кивнула.

Не то чтобы она опасалась Триана и готова была подчиниться ему во всем, от этого она была далека, да и обманывать капитана ей не хотелось. Но она не была уверена, что ее откровения никому не навредят. Она решила, что на сей раз позволит легионеру устанавливать правила.

Ну а будущее покажет, ошиблась она или нет.

* * *

Ребенок умирал, в этом сомневаться не приходилось. Хрупкое синюшное тельце изогнулось на больничной койке, глаза закатились, воздух покидал легкие с тяжелым хрипом.

Это был не первый приступ, но пока самый тяжелый. Да иначе и быть не могло! Оуден давно понял, что состояние девочки ухудшается, он просто не хотел в это верить.

Он сделал для нее все, что мог. Другой врач, возможно, сразу сказал бы родителям, что надеяться не на что, и отослал бы их домой. Но не он… Он не поступил бы так ни с одной пациенткой, а со своей племянницей – тем более.

Ей дали отдельную палату, где с ней постоянно оставалась мать. Девочку поддерживали питательными растворами, ей сделали укол обезболивающего, но в глубине души Оуден понимал, что он тушит грандиозный пожар, дуя на него через соломинку.

С самого рождения этого ребенка было ясно, что дойдет именно до такого финала. Но как это принять, как сказать родителям? Поэтому Оуден вместе со всей семьей помалкивал и надеялся на чудо.

Однако чудо не произошло. Девочка не прожила на свете и семи лет, а в больницу попадала уже третий раз.