Золотое сияние Холинсу

Она знала, что они приземлились в пустыне, но знала и то, что пустыня эта не будет обычной. Ожидания оправдались: Глизе отличалась от тех планет, на которых уже бывала Альда, и точно отличалась от Земли. Начать хотя бы с того, что ее небо полностью скрывалось за толстым слоем коричневато-желтых облаков. Никакого разрыва в них не было, и Киган сказал, что вся атмосфера тут такая. Солнце было видно, но всего лишь как небольшой шарик за облаками. Прямые лучи никогда не падали непосредственно на поверхность планеты, они всегда проходили через облака, как через фильтр.

Из-за этого свет выглядел очень странно: он казался густым, как будто наполненным пылью, хотя на самом деле никакой пыли не было. Если на Земле свет – это свет, цвет он обретает лишь в определенное время суток, то на Глизе свет всегда был окрашен в желтый.

Это, естественно, меняло все цвета окружающего мира, придавая им желтый оттенок. Хотя Альда не могла сказать, что это делало планету такой уж жизнерадостной. Нет, желтый здесь был с каким-то грязноватым оттенком, да и ярким его бы никто не назвал.

Казалось, что Глизе погружена в вечные сумерки.

Но если света здесь не хватало, то жары оказалось с лихвой. Их встречала самая настоящая пустыня, раскаленная и душная. Слой облаков над планетой следовало рассматривать как купол, который накапливал тепло и неохотно его отпускал. Дышать было тяжело, воздуху остро не доставало свежести, казалось, что он обжигает легкие изнутри.

«Стрела» оказалась на пустынной равнине, со всех сторон окруженная крупным горячим песком.

Лишь на далеком-далеком горизонте можно было различить смутные очертания гор, служивших границей очередного кратера. А в той стороне, где, по расчетам, должен был находиться «Татенен», вообще ничего не было видно.

Альда была заворожена новым миром, но и о своих обязанностях она не забывала. Оказавшись за пределами челнока, она сразу же проверила окружающее пространство.

– Жизни поблизости нет, – отчиталась телепатка. – Ни разумной, ни какой-либо другой.

– Да и не мудрено, – хмыкнул Киган. – Тут жара выше сорока по Цельсию, я б тоже не вышел!

Он казался таким же бодрым и оптимистичным, как всегда. Создавалось впечатление, что он не до конца понимает, в какую беду они попали! Но Альда не позволила его предполагаемой беззаботности обмануть себя. Она чувствовала: в глубине души Киган напряжен. Возможно, даже винит себя за то, что случилось, хотя никакой вины на самом деле не было.