Маленькая девочка. Обретение семьи

В школе это тоже знали, потому что называли меня нехорошими словами и еще «калекой», но я же все равно знала, что умру, так что это было неважно. Иногда мне хотелось стать Вилли Шмидтом или Ингрид Шиллер из книжки, потому что они дружили. А самое главное – им не было постоянно больно. А еще хотелось увидеть академию Грасвангталь, узнать, что такое Лес Сказок и Гора Рюбецаль. Наверное, это очень красиво. Эта книжка стала для меня самой любимой, хотя она и о Германии, где я никогда не была и уже не побываю. Потому что умру.

Мне так сказали – «каждый день может быть последним», поэтому я ждала, когда, наконец. Потому что сил больше не было ни на что.

Я разочаровалась во всем… А вчера, кажется, опять умерла. Совсем не помню, что было вчера, ну да это и неважно. Слишком долго единственными моими подругами оставались книги. Ну и Катя, конечно. Я читала книжку за книжкой, будто переносилась в другие миры, но, видимо, пришел и мой срок. Я знала, что умру…

Был ли шанс выжить у Марьяны? Был, конечно. Если бы не депрессия, не очень сложное течение болезни, не равнодушие… Девочка умерла и отправилась в свое новое путешествие в надежде на то, что там будет небольно.

Или будет хотя бы тепло. Возможно, тот, кто оценивает нас самих, решил, что она заслуживает не только нового шанса, но и новых испытаний.

* * *

Во вполне обычную палату вошел какой-то необычный доктор. Он носил не белое, а нежно-голубое, и это было непривычно. Доктор посмотрел на приборы, потом что-то поправил в капельнице и только после этого посветил мне в глаза фонариком.

Наверное, хотел узнать, реагирую ли я на свет. Я зажмурилась, а он улыбнулся и заговорил со мной. Только потом я поняла, что мы говорили по-немецки, а в тот момент просто удивилась тому, как он меня назвал. Как в книжке!

– Фрау[1 - Обращение «фройляйн» считается устаревшим и не используется. (Здесь и далее прим. автора.)] Шмидт, вы всех напугали. – Доктор внимательно смотрел на меня, отчего в голове бродили самые разные мысли. – Вы меня понимаете?

– Понимаю, – кивнула я, тихо охнув.

Сейчас у меня болели суставы, а не пальцы, но, казалось, что болит абсолютно все. А еще… Я совершенно не знала, что происходило с фрау Шмидт. Даже как ее, то есть уже, получается, меня, зовут понятия не имела. – А как меня зовут?

– Габриела вас зовут, – вздохнул доктор, а потом вдруг погладил меня по голове.

Это оказалось так приятно, что я потянулась за его рукой, прося еще. Я не понимала, что со мной творится.