Мама для…

Я замолкаю, понимая, что чуть не рассердила его, но почему-то не рассердила. При этом я чувствую нечто, упирающееся в меня снизу, догадываясь, впрочем, что это такое упирается, но думать об этом не хочу. Мне отчего-то вполне комфортно в его руках, к тому же я отчего-то совсем не боюсь Сергея, хотя он прав: к тому, о чем я заговорила, я не готова, конечно. Но он-то откуда знает?

Я сама себя сейчас не понимаю. С одной стороны, я боюсь оставаться с ним полностью наедине, потому что вдруг придется делать то, что на картинках было, а с другой, не хочу расставаться с Сергеем, потому что страшно мне очень.

А еще у меня, кажется, сейчас истерика будет, и сил сдерживаться почти нет. Но я креплюсь, потому что нельзя на людях. Меня только что чуть не убили, Валера же убить хотел! Что на него нашло? Не понимаю совершенно… Но чувствую, что это еще не конец, ведь Мозг вердикт не озвучил, только работу принял.

Сергей ставит меня на ноги у самой двери. Он придерживает меня руками, проверяя, наверное, стою ли я, а потом… Натягивает на меня платье! При этом одевает, как будто я кукла или… Наверное, у него есть… была младшая сестренка, отсюда и опыт.

– Стоишь? – интересуется он, заглядывая мне в глаза.

– Стою, – как могу уверенно киваю я. – Спасибо тебе за все…

– Ничего, малышка, прорвемся, – отвечает он, мягко обнимая меня, а потом отпускает.

А я ничего не могу понять. Почему мне приятны его объятия, ведь он же парень! Он может сделать со мной противное и даже хочет, я же вижу! Мне все объяснили же! Почему я его не боюсь? Только ли потому, что он меня спас? Я делаю шаг, оказываясь в общей комнате.

Именно этот момент выбирает Мозг для того, чтобы выдать бесстрастный вердикт, как будто не мог подождать, когда я окажусь в своей комнате.

– Нападение Валерия-семнадцать на Марину-шесть во время выполнения ею работы является тяжелым нарушением, – сообщает с потолка голос Мозга. – Задержка при выполнении задания признана произошедшей независимо, кроме того, никакие действия Марины-шесть к смерти Валерия-семнадцать не привели.

Действия Валерия-семнадцать признаны самоубийством. Марина-шесть получает сутки отдыха.

Я выдыхаю. Мозг различает нас по связке имя и номер. Каждому присваивается этот номер при рождении, чтобы различать всех Марин, Кать и Маш. Но вот мне можно расслабиться – наказания за задержку не будет, кроме того, мои действия признаны не приведшими к смерти, значит, за это тоже ничего не будет.