Мама для…

Выхода просто нет, но… Я не хочу!

– И ты меня отпустишь? – тихо спрашиваю я.

– Я тебя всегда отпущу, если ты этого захочешь, – почему-то вздыхает Сергей. – Ну как?

– Я согласна, – шепчу, понимая, что если и произойдет что-то, то это всяко лучше Комнаты Наказаний. Может быть, хотя бы не так больно будет…

– Прошу Мозг оформить пару, – громко произносит Сергей. – Фаза адаптации.

– Марина-шесть, вы согласны? – формально интересуется Мозг.

– Согласна, – киваю я, потому что выбора у меня все равно никакого нет.

– Пара зарегистрирована, – констатирует Мозг. – Фаза адаптации.

Сергей берет меня на руки и куда-то несет, а мне очень хочется плакать, ведь я только что отдала себя в его руки. Он просто сильнее, а прав у меня даже на «нет» не остается. Поэтому если он захочет сделать то самое, то будет в своем праве, я и сказать ничего не смогу. Но, может быть, он разрешит… Или… Звезды, страшно как…

***

– А что такое «фаза адаптации»? – спрашиваю я, когда перед нами открывается дверь его каюты.

Ну, теперь нашей, конечно…

– Это фаза привыкания друг к другу, – объясняет мне Сергей. – Близость не обязательна, спать можно в разных капсулах, а потом их объединить.

– А «близость» – это когда ты в меня тыкаешь? – интересуюсь я у него.

– Ох, малышка, – вздыхает он и усаживается на неизвестно откуда взявшийся в каюте стул. При этом бережно опускает меня на свои колени.

На слово «малышка» я не обижаюсь, очень оно ласково у него получается. Есть в Сергее что-то от папы, да и мне после всех сегодняшних событий очень хочется поплакать.

В этот момент оживает речевой информатор Мозга, сообщающий, что мы освобождены от всех занятий и работ на неделю, что, по-моему, вообще волшебный подарок. Еще интересен тот факт, что у мальчишек нет общей комнаты, из коридора сразу доступ в личные каюты.

Сергей начинает рассказывать мне, что такое «близость», зачем люди этим занимаются и почему он не будет принуждать меня к подобному. Я слушаю это как сказку, даже и не зная, верить ему или нет.

Очень хочется поверить, но страшно. Вспоминая картины детства, я прислоняюсь к его груди, а он обнимает меня, и я вдруг чувствую себя в безопасности, как на папиных руках. Просто защищенной чувствую.

– Если хочешь принять душ и переодеться, скажи, – негромко произносит Сергей. – Я закрою глаза и не буду подглядывать.

– Да смотри, чего уж там… – вздыхаю я, совершенно почему-то не желая покидать его рук.