Потерянные

А у нас есть девчонки, которые совсем не против, значит, не стал? Или побрезговал?

Молчание затягивается, а я всё никак не могу принять решение. Хотя что тут думать? В поездке с классом моя жизнь закончится абсолютно точно. Я просто не смогу после такого жить. А с Витькой – ещё неизвестно. Вот только вопрос в том, не проще ли пойти по пути Ренаты заранее. Нет, могут откачать, и тогда я мёртвым буду страшно завидовать, я знаю. Значит…

– Я согласна… – мой голос дрожит так, как будто я на приёме у гинеколога, которому надо рассказать… всё.

 – А как мы это обоснуем?

– Я выяснял, – ответил Витька.

Господи, неужели в его глазах счастье? Я вглядываюсь в эти глаза цвета неба из моих снов и не вижу в них ничего животного. Они сияют как-то освобождённо, как во сне.

– Мы с тобой идём к проректору и регистрируемся как партнерский союз, – объяснил он мне. – Мы совершеннолетние, поэтому можно. Тогда любые проверки отпадут, понимаешь?

О да, я понимала! Я ещё как понимала, особенно тот факт, что официальный статус даст ему огромную власть надо мной.

Как, впрочем, и мне над ним. Но вот от Уве я буду абсолютно точно защищена, потому что тогда любая его попытка – уголовное преступление. Витька узнал о планах Уве и захотел меня защитить? Или же решил сделать так, чтобы никто его ни в чём не обвинил после того, как он сделает страшное? Какой ответ правильный?

– Понимаю, – кивнула я, касаясь его дрожащей рукой. – Пошли?

Витька осторожно и как-то очень мягко взял мою ладонь в свою руку, а я замерла, оценивая ощущения.

По крайней мере, противно мне это точно не было, скорее комфортно. Странное ощущение, честно говоря, необычное.

– Не бойся меня, – попросил он тихо.

Неужели мой страх так легко читается? Это плохо. Надо проверить перед зеркалом, не дай бог, кто-то увидит мои настоящие чувства. Нельзя расслабляться, ни на минуту нельзя!

– Я никогда не сделаю тебе ничего плохого!

Сколько пафоса в этой двусмысленной фразе! То, что он будет делать, по его мнению, будет для меня хорошо.

А моё мнение кого-то разве интересует? Эх, Витька… С другой стороны, я чувствую его волнение, и внутри меня зреет надежда на то, что он не врёт. Взбрыкивать и показывать характер я не буду, потому что страх, что Витька просто уйдёт, сильнее желания устроить истерику. Да и не настолько я ему доверяю, чтобы показывать истинные чувства.

Сейчас нас впишут в специальный журнал, известят власти, чиновников, сделают отметку в документах.