Рив и Ольга

 – Дети в сознании, контактны, память ожидаемо нарушена, дали им лёгкой пищи – перенесли нормально.

– То есть имеем непонятное чудо, – вздохнул старший врач немецкой клиники. – Как именно нарушена память?

– О маме и папе не спрашивают, – объяснил его коллега с большим опытом именно в педиатрии. – Или не помнят, что таковые есть, или ещё что…

– Мать мальчика умерла через час после него… – пробормотал заведующий отделением с титулом старшего врача. – Получается, приют, а если их разлучить…

– Я тоже не рискну, – кивнул реаниматолог.

 – Надо с родителями девочки разговаривать… Вы им позвонили?

Звонок из больницы был неожиданным для двоих взрослых людей, только что потерявших, казалось, сам смысл жизни. Особенно большой неожиданностью оказалась просьба прибыть как можно быстрее. И невозможная, небывалая надежда ожила в их сердцах. Спустя полчаса двое взрослых людей почти бежали по коридору онкологического центра, расположенного в небольшом городке неподалеку от швейцарской границы.

– Мы не можем объяснить произошедшего, – сказал им глава отделения интенсивной терапии.

 – Взгляните вон туда, – он показал в сторону окошка в палату, где на кровати лежали в обнимку мальчик и девочка, абсолютно не желая расцепляться.

Прикипев взглядом к пошевелившейся дочери, поседевшая, но ещё молодая женщина замерла, не в силах поверить. Совсем недавно она видела дочь мёртвой – и дня не прошло, а теперь их ребёнок, будто отрицая смерть, обнимал своего мальчика.

– Мири… – прошептала женщина.

 – Доченька… Мы можем её… их… – голос сорвался, но врач понял, о чём его спрашивали.

– Можете, – кивнул он, жестом останавливая родителей девочки. – Тут ещё вот такое дело: фрау Шнайдер умерла, и у Ланса никого не осталось, а разлучать…

– Не беспокойтесь, – вступил в разговор молчаливый герр Штиллер, отец Мири. – Разумеется, мы ни за что не разлучим детей, можете на нас положиться.

– Ланс не мог жить без Мири, как же мы их разлучим?.. – фрау Штиллер говорила очень взволнованно. – Пусть будут счастливы, лишь бы жили…

– Больница поможет, – твёрдо пообещал глава отделения, медленно открывая дверь, чтобы не напугать детей, но о чём-то тихо беседовавшие Рив и Ольга на взрослых внимания не обращали.

Девочка была несколько шокирована тем, как их покормили: пожилая женщина, даже и не пытаясь расцепить их объятия, что-то сделала с кроватью, подняв её изголовье, отчего дети приняли сидячее положение, а потом, мягко улыбаясь, принялась их кормить.