Красный, жестокий, оранжевый

Мы ведь не можем первым шагом предположить, что он тут пытался встретиться с дружелюбным призраком Каспером!

– Не Каспером! – закатила глаза девушка. – Просто он почувствовал место с необычной энергетикой!

– Отель в центре Москвы?

– А что такого? Это мегаполис, тут разные вещи творятся! И это я тебе про современность говорю, если в историю лезть, тот тут земля более мистическая, чем на индейском кладбище!

Пока она говорила, Дамир внимательно наблюдал за ней. Ему было интересно, насколько серьезно Алиса подходит к своим словам.

Нельзя сказать, что она полностью поверила в версию с призраками. В то же время она допускала, что нечто подобное возможно.

– Давай сначала рассмотрим мою версию, – примирительно предложил Дамир. – Что Линн искал здесь что-то, пытался украсть. Может, вообще обкурился!

– У него не было проблем с наркотиками, это в его медицинской карте указано! Он даже травку никогда не курил, хотя американцы этим частенько грешат!

– Хорошо, версия с наркотиками отметается.

С воровством – нет.

– Версия с воровством не объясняет, почему тут умер строитель!

– Потому что его сбила машина, – невозмутимо напомнил мужчина.

– Слишком странная смерть для простого прораба!

Чувствовалось, что упрямится она больше из принципа. Дамир не собирался поддаваться на ее провокации.

– Значит, он был не очень простой. Мы попробуем разобраться, какую выгоду этот фокусник мог искать здесь. И только если по моей версии не будет никаких зацепок, перейдем на твою! Хотя я, если честно, понятия не имею, как мы будем искать тут призраков!

– А это и не нужно, – пожала плечами Алиса.

 – Если призраки здесь действительно есть, они нас сами найдут!

* * *

«Луиза посмотрела на него, как горная лань, внезапно загнанная в угол африканских джунглей.

– Чего ты хочешь от меня, подонок? – спросила она с вызовом и гордым взглядом.

Фердинанд ничего не ответил ей, только сказал:

– Давай уедем отсюда! Мне претит Москва!

– Отчего ж? – спросила она, смахнув с лица непослушные каштановые локоны.

– Здесь грязь и суета, – сказал Фердинанд. В его глазах отражалась настоящая русская тоска, хотя он был наполовину немец, да еще и аристократ. – Уедемте в деревню!

– Почему в деревню?

– Потому что там нет политики, нет этой подлости и грязи! У нас будет огород и своя ферма… Мы будем счастливы, Луиза!

Луиза ничего не сказала ему. Она смотрела в окно. Лучи заката окрашивали в золото ее льняные локоны».