Слово, образ, миражи

Эта часть ног была предсказуемо ослаблена из-за необходимости постоянно таскать на себе огромный вес, и Кирилл четко слышал, как хрустнула кость. Гигант с воем повалился на пол, а его противник уже поднялся.

Кирилл был меньше и, возможно, слабее. Но свое тело он контролировал идеально, а только это и было нужно. Он налетел на несостоявшегося насильника сверху, оперся коленом на его спину и ударил костяшками пальцев в голову – в основание черепа. Здоровяк мгновенно затих.

Он не умер, но даже когда он проснется, ему будет уже не до сексуальных подвигов.

Кирилл особо не радовался, он знал, что для него это только начало. Уволокут отсюда этого борова, подсадят другого, поумнее, а то и вовсе стаей нападут. Да еще и подошьют эту драку к его делу, исказив детали! Будущее представлялось теперь далеко не светлым.

Кирилл сел обратно на лавку, откинувшись спиной на стену. В камере было холодно. Мысли отсутствовали напрочь. Он понятия не имел, что будет с ним дальше.

Он услышал шаги в коридоре издалека.

Они не спешили – видно, не сообразили еще, что первый акт мести не состоялся. Кирилл мог догадаться, что к камере приближается несколько человек, но кто именно – не представлял, они не разговаривали.

Дверь в камеру открылась, и сначала он услышал удивленный свист и приглушенное:

– Вот скотина!

К валяющемуся без движения бугаю сразу кинулись оперативники, чтобы проверить пульс.

Убедившись, что он жив, они потеряли к нему интерес и переключились на Кирилла.

Бить не стали, и это почти шокировало.

Без лишней церемонности, но и без грубости его заковали в наручники и куда-то повели. Снова все шло не по тому сценарию, который он мог ожидать. Это напрягало еще больше.

– Что происходит? – рискнул спросить он.

– Двигай, Виноградов, тебе право голоса не давали!

Его отвели в допросную, где уже ждал мужчина средних лет… Очевидно неуместный в этой обстановке. Ухоженный весь из себя, в дорогущем деловом костюме и пальто, с явным презрением на лице. Ясное дело, столичный фраер, тут и спрашивать не надо!

Вот только Кирилл не мог понять, какое он имеет отношение к этому залетному гостю.

Его местные менты подставлять собираются, он в камере меньше десяти часов, причем тут столичное начальство? А преступлений, за которые он мог попасть в федеральный розыск, за ним не водилось.

Пока Кирилл гадал, что происходит, его усадили на металлический табурет напротив столичного гостя, пристегнули наручники к столу и – вышли.