Отличники от других… Вторая четверть

– Хорошо, а есть у вас платные услуги?

– Не поняла вас, извините…?

– Ну, за деньги сможете изготовить протезы?

Улыбка и взгляд женщины, наконец, стали осмысленными, и она с сомнением в голосе продолжила:

– Конечно, наше производство загружено под завязку заказами ветеранов, и наше Правительство гарантирует всем инвалидам и участникам войн бесплатную помощь такого рода…

– Людмила Юрьевна, сколько это будет стоить? – резко оборвав словоизлияния заведующей, спросила Оксана.

Женщина обиженно глянула на неё, потом на меня.

– Ну, хорошо. Ознакомьтесь с нашим каталогом. Там указаны цены на разные модели протезов.

И она передала нам тонкую брошюру.

Мы пролистали все восемь страничек тетрадки, ознакомившись с почти чёрными копиями фотографий образцов продукции ПОК[13 - ПОК – протезно-ортопедический комбинат. (прим. Авт.)]. На последних двух листах рядом с нарисованными художником-примитивистом либо дебилом эскизами людей, лишённых частично или полностью конечностей, имелись таблицы.

В них около обозначения длины протеза стояли цены. Многие из них значительно превышали месячную зарплату моих родителей.

– Не слабо! – невольно впечатлился я.

– Поймите, это ручное производство по индивидуальным заказам. И для человека, которому эти изделия жизненно необходимы, поверьте, цены имеют второстепенное значение.

– Понятно. Хорошо, когда мы можем привести парня?

– Ну, оплатите консультацию и приводите, хоть завтра. – Без промедления ответила женщина.

– А сколько займёт изготовление протезов?

– После оплаты – дней десять.

– Спасибо, мы зайдём на неделе. До свидания! – резко завершила разговор Оксана, встала и потащила меня прочь из кабинета.

Выйдя на улицу, мы с минуту стояли, вдыхая свежий, лишённый хлорки воздух города.

– Оксан, ты что задумала? – нетерпеливо спросил я.

– Хочу помочь одному человеку. – Таинственно улыбнувшись, ответила одноклассница.

– Толику?

– Ага.

– Но ведь это дорого! И как ты его уговоришь?

Вместо ответа, девушка почти бегом потащила меня в сторону улицы Фридриха.

Мы дошли быстрым шагом до остановки и заскочили в троллейбус, идущий на вокзал.

– Он должен быть ещё там, – проговорила запыхавшаяся и румяная от быстрой ходьбы Оксана, сверкая глазами. – Я попробую с ним поговорить, а ты молчи, не вмешивайся.

Я пожал плечами. Выйдя из троллейбуса на остановке у Дома Книги, мы забежали в подземный переход и выскочили у недавно посещённого северного крыла ЦУМа.