Отличники от других… Вторая четверть

Мне важно проверить саму себя. Смогу ли с ним общаться как с обычным человеком.

– Хорошо. Давай, Оксан, удачи!

Я зашел за угол дома, отметив время, и старался не проявлять признаков любопытства и не подглядывать за входом в универмаг, хоть и очень этого хотел. Наконец, минутная стрелка отползла на нужное деление моих часов, и я чуть ли не бегом устремился к лестнице входа. К моему удивлению ни одноклассницы, ни десантника нигде не было. Я пробежал до угла здания, затем вернулся к арке, прошёл через неё к грузовому двору магазина, в который медленно и неуклюже заезжала зелёная «Колхида»[16 - «Колхида» – марка грузового автомобиля, выпускавшегося в городе Кутаиси, Грузинской ССР.

] с длинным прицепом. Машина загородила от меня улицу так, что я не мог видеть, что происходит на ней. Когда прицеп, наконец, втянулся в ворота, я кинулся в сторону Газетного переулка в надежде обежать квартал и вернуться, если не найду их, по главной улице обратно. Я заглядывал в арки, подворотни и за заборы в надежде увидеть хотя бы одноклассницу. Беспокойство за неё возрастало, быстро превращаясь в липкий сковывавший мысли страх. Грязно-зелёный УАЗик – «буханка», стоял на углу переулка, небрежно припаркованный у водораздаточной колонки. Я уже прошёл мимо, но обратил внимание, что из открытой широкой боковой двери доносятся громкие голоса, и один из них – голос Чаренцевой – очень воодушевлённо спорил с другим женским голосом. Рядом с дверью в инвалидном кресле сидел десантник. Чёрные очки и голубой бере?т лежали на коленях, и я впервые увидел его лицо в шрамах от затянувшихся ожогов, обезобразивших всю правую сторону. Казалось, он окаменел, даже не среагировав на моё появление. Но глаза сверкали гневом. Определённость ситуации вернула уверенность, и я заглянул в сумрак салона, в котором разместились Оксана, ещё одна молодая черноволосая девушка с невероятными золотыми кольцами в ушах и пожилой цыган в помятом пиджаке и с кучерявой седой бородой. На пальце его сверкал массивный золотой перстень с чёрным бриллиантом. Громко и вежливо поздоровавшись, я вопросительно посмотрел на одноклассницу, готовый оказать ей поддержку. Девушка махнула рукой, приглашая меня стать участником беседы. Молодая цыганка, до этого момента горячо и многословно что-то доказывавшая, резко осеклась и замолчала. Видимо, из-за затемнённых очков и моих сегодняшних попыток говорить более низким голосом, неверно оценила мой возраст. В разговор вступил пожилой обладатель бороды «а-ля Карл Маркс».