Страна, которой нет

– Молчать, я вас спрашиваю!

Двое подчинённых попытались изобразить дебилов, улыбающихся с виноватым видом, при этом стараясь не выдыхать перегаром в сторону начальника, но набитые синяки на распухших лицах и всклоченные волосы делали их похожими на ухмыляющихся бандитов, что только подливало масло в огонь начальственного гнева.

От зоркого начальственного глаза не скрылась никакая мелочь внешнего вида залётчиков. Просмаковав каждую деталь, готовых провалится сквозь землю подчинённых, начальство приложилось долгим глотком к графину, заливая утренний сушняк и саднящее от крика горло.

Вылив остатки графина на голову и вытаращив налившиеся кровью глаза, комиссар рыкнул подобно тигру перед прыжком, что возвестило о начале второго акта этого священнодействия, как правило заключительного.

– А табельное оружие где!? Куда вы, грязные оборванные свиньи, сумели засунуть, доверенное вам президентом и правительством, боевое вооружение в виде “демократическая дубинка”? Между прочим, из ценных пород дерева!

– Со службы вылететь захотели? Вспомнить, как на поле надо горбатиться, чтоб на жизнь заработать!? Я могу устроить! Пахать будете с утра и до самой смерти!

Но, постепенно начальственный гнев сходил на нет и в конце концов махнув рукой, комиссар дал отмашку для оправданий своим подчинённым.

Те сразу же воспользовались моментом и затараторили, перебивая друг друга:

– Мы проявили бдительность…

– Там целая банда деревенских… Отбивались как могли…

– Нас застали врасплох, прикинулись паломниками… Ничего не могли сделать…

– Но у нас есть вещдоки!!!

– Где? – Удивился начальник.

 – С этого надо было начинать, а не стоять пнями безголосыми. Столько времени зазря потеряли. Давай вываливай!

“Пни” понимающе переглянулись – ну да, конечно, самоубийцы нашлись под горячую руку рот разевать. Приободрившись и тряхнув мешок прямо над столом начальника, вся компания изумлённо уставилась на выкатившуюся пустую бутылку.

– Кому вы по ушам собрались ездить!? – зловеще тихо произнёс комиссар, принюхиваясь.

Наступал третий, незапланированный акт марлезонского балета, грозивший стать финальным для некоторых участников в прямом смысле.

Спустя непродолжительное время, двое красных, как варёные раки, оборванных и изрядно помятых субъекта вылетели из полицейского управления и, отбежав на безопасное расстояние, упали на чистенький ухоженный газончик городского парка.

– Легко сказать “репетиторствуйте”.