7 футов под Килем

Справа под ребрами закололо иголками. Черт. Стараясь дышать ровнее, я перевел взгляд на полицейского с секундомером в руке.

Какой-то парень, худой, похожий на палку, обогнал меня, и паника сжала сердце. Разум напомнил, что мы бегаем по кругу, каждый в своем темпе, но страх упустить единственный шанс на нормальное будущее оказался сильнее. Я собрал оставшиеся силы и вложил их в последние метры. Перед глазами замелькали черные точки.

– Стоп! – окрикнул меня Майк, когда я пересек финишную черту.

Я рухнул на колени.

Уперся ладонями в холодную землю. Завалившись сначала на бок, перекатился на спину. Раскинул руки и ноги в стороны.

Майк подошел и навис надо мной.

– Какого хрена ты тут устроил? – грозно спросил он, уперев руки в бока.

Что я натворил на этот раз? Холодная паника новой волной накрыла меня, парализовала дыхание. Я вскочил на ноги и чуть не рухнул. Пошатнулся, но Майк успел подхватить меня под локоть.

– Никто не просил тебя устанавливать новый мировой рекорд.

Я разинул рот.

– Семнадцать минут, Ник. Вместо того, чтобы с умом расходовать силы, ты носился здесь, будто за тобой гоняется рой пчел и жалит в жопу.

Несмотря на его грубые слова, радость забурлила во мне. Я и правда был не так далек от мирового рекорда. Всего-то пять минут.

– Поздравляю, – уже более мягко добавил Майк.

Мы отметили завершение первого этапа отбора в небольшом ресторанчике «У Франца» рядом с полицейским участком, куда редко заглядывали посетители в штатском.

Давным-давно я приходил сюда с отцом после его смены. Он пил пиво, я – яблочный сок, разбавленный газированной водой. Все восемь столиков стояли так близко друг к другу, что мне удавалось подслушать даже те истории папиных коллег, которые явно не предназначались для детских ушей. Они были похлеще любого триллера, которые мать запрещала мне смотреть. Именно тогда во мне зародилось желание стать полицейским и с такой же бравадой рассказывать своим коллегам о раскрытых преступлениях. Быть умным, сильным, непобедимым. Смерть отца не ослабила это желание, наоборот, мне еще сильнее захотелось стать одним из них, заполнить брешь, которая образовалась в их рядах.

Сегодня я сидел здесь вместе с Майком, ел жирный шницель и смотрел на темные стены, увешанные фотографиями полицейских, среди которых был и снимок моего отца.

– Отличный результат, Ник! – Фредерик похлопал меня по плечу, задержавшись рядом с нашим столиком.